Live Your Life

Объявление

  • Новости
  • Конкурсы
  • Навигация

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Live Your Life » Неформат » Последние из Валуа


Последние из Валуа

Сообщений 1 страница 20 из 24

1

Логотип.
http://f4.s.qip.ru/CkKxL8eX.gif
Адрес форума:
http://valoisxvi.myqip.ru/
Официальное название:
Последние из Валуа
Дата открытия:
09.10.2010 года (ресурс - http://xvifrance.forum24.ru)
переезд (на ресурс - http://valoisxvi.myqip.ru) - 17.11.2012 года.
Администрация:
Изабель де Лаваль, Admin
Жанр:
Литературно-историческая ролевая игра
Организация игровой зоны:
Эпизодическая
Краткое описание:
Жестокое и непростое время. Карл IX Валуа правит Францией, раздираемой религиозными войнами. Живы и здравствуют два его брата, Генрих и Франсуа, и пока у короля нет наследника, каждый из них может надеяться на то, что случайность возложит корону именно на его голову. Екатерина Медичи пытается при помощи интриг управлять страной и сыновьями. Но всегда есть время для счастья, для любви, для преданности, пусть даже эти чувства и вступают в борьбу с властью, кровью и законом.
Ссылка на рекламу LYL:
http://valoisxvi.myqip.ru/?1-4-0-000000 … 1382634411

Отредактировано Сибирский кот (07-12-2013 20:29:50)

0

2

не актуально

Отредактировано Сибирский кот (25-08-2017 18:37:25)

0

3

А тем временем во Франции...

Если любовница сына мешает политике Франции, то любовница долго не проживет. Все мы смертны Екатерина Медичи посылает герцогине Неверской книгу с сюрпризом. А что же блистательная Невер?

Henriette de Cleves пишет:

Грудь Генриетты Клевской, виртуозно вылепленная Творцом, словно бы тот создавал любовницу для себя, едва заметно колыхнулась от вздоха под черной материей. Зеленый взор потемнел, на лбу показалась едва заметная морщинка. Вот как… Его Величество предпочитает больше не отягощать себя разговорами при личных встречах и посылает к ней своих лакеев!

Месье де Беранже с такой важностью заявивший, что он здесь по приказу самого короля Карла, еще видимо не понял, что этот самый король Карл оказал ему медвежью услугу, чтобы он там не поручил этому господину. Оскорбленная женщина не самая лучшая собеседница и гостеприимная хозяйка.
- Не смею вас задерживать, сударь, - меж улыбающихся алых губ женщины сверкнули белые зубки. Ее Светлость отложила обратно на тарелочку нож и отведанный гранат. Он был сладок. Зря маркиз дю Гаст отказался от кушанья. Теперь его половинке суждено закончить свой век в отбросах. А жаль. Отменный фрукт. Белые пальцы герцогини переплелись и расслабленно возлегли на ее стан.

- Излагайте, то, чем вас обрекли, и вы сможете вновь воссоединиться со своим прекрасным скакуном, - что бы там ни было… Если это не приказ о ее аресте, а арестовывать ее пока было не за что, разве что за пылкую страсть, которой она отвечала на страсть своего царственного любовника. Хотя в нынешние времена можно было ожидать чего угодно. В любом случае, покушение на свободу любимой родственницы Генриха Гиза, истинной католички, преданной подданной, да еще и в доме самого герцога, когда тот лично присутствует в Париже – это неоправданно глупо. Чтобы там ни было, Анриетта заставит Шарля пожалеть о своем опрометчивом поступке. Но это будет завтра. Сегодня ей еще предстоит услышать, какая же королевская мысль привела в Отель-де-Гиз Людовика де Беранже.

Ножка мадам де Невер, облаченная в мягкую домашнюю туфельку, игриво потянулась к огню, словно замерзла, лицо блаженно расслабилось. Весь вид женщины говорил о том, что она дома и хочет покоя.


Луи де Клермон, граф де Бюсси устраивает поэтическую атаку на королеву Наваррскую. Крепость не пала, но, похоже, готова к переговорам! Проза и поэзия

Луи де Бюсси пишет:

лушая королеву, Бюсси непонимающе нахмурился. Всего мгновение назад Маргарита отрицала само существование счастья, сейчас же она уже говорила о нём, как о чём-то большем… И, судя по её голосу, она имела представление о том, о чём говорила. Луи понимал под счастьем ровно то, что сказал и не ведал ничего большего, а потому с интересом послушал бы молодую женщину, но… Королева отвела взгляд, а когда она снова взглянула на Клермона, её глаза сверкнули холодом, словно два ледяных черных сапфира смотрели на него. Видимо, слишком близок был Бюсси в своём предположении и слова его задели струну в душе Маргариты, которую не стоило задевать. Ему было искренне жаль женщину, которой, судя по всему, довелось многое пережить, но ни в коем случае он не хотел оскорбить королеву своей жалостью. К счастью, Маргарита сама предложила сменить тему беседы, которая стала чересчур неудобной для обоих собеседников.

– Я ничего не боюсь, мадам, – слова Бюсси можно было бы принять за пустое бахвальство, если бы не твёрдый и уверенный голос, которым они были произнесены. Отрицательно качнув головой, молодой человек повторил ещё более решительным и даже несколько резким тоном, – Ничего.

Луи и впрямь не лукавил – не было практически ничего на свете, чего бы он боялся. Кроме, пожалуй, того, что кто-то может заподозрить его в трусости.

Снова укорив себя за то, что не сочинил в честь Маргариты хотя бы скромный мадригал, Бюсси задумался над тем, какое из своих произведений прочесть. В его арсенале было множество стихов, восхваляющих женскую красоту, но они более подходили для фрейлины королевы, вроде той, свадьбу которой они сегодня праздновали. Для самой же госпожи требовалось что-то особенное. Кое-какие строки родились сейчас в голове, но Луи не рискнул читать стих экспромтом. Он предпочитал подходить к вопросу стихосложения более основательно, переписывая и выверяя свои произведения до последней рифмы. Что ж, если нет стихотворения, которое можно было бы посвятить Маргарите, почему бы не прочитать стих о себе самом… Бюсси вспомнил сонет, который он составил несколько лет назад и который считал своим поэтическим девизом. Сложив руки на рукояти шпаги и гордо вскинув голову, Луи де Клермон продекламировал:

– Красиво жить, красиво умереть.
Не на постели - в битве безрассудной,
Проткнутым быть, но самому успеть
Удар хороший сделать обоюдно.
Как пламенная молния, сгореть
И насладиться вспышкою секундной.
Коль знатен ты - тебе оно не трудно:
Учись презреть страдания и смерть!*

Мечтательный взгляд Бюсси устремился ввысь, куда-то под своды бального зала словно где-то там он наблюдал описываемую им картину. Его воображение рисовало ему то, к чему он стремился более всего в своей жизни и с воодушевлением он продолжил глубоким грудным голосом:

– Коль дворянин славнейшего ты рода,
Перегореть велит тебе природа,
С лица земли исчезнуть в цвете лет,
Но люди вспомнят про твою отвагу:
Реликвиею сделается шпага,
Предметом поклоненья - твой колет.*

Не спеша, с расстановкой прочитав последние строки сонета, Бюсси д'Амбуаз опустил глаза и теперь с задумчивостью и лёгкой печалью смотрел куда-то в пространство перед собой.

* (c)


Маргарита Валуа пишет:

Прикрыв глаза, Маргарита слушала рифмованные строки, и на губах королевы расцветала удивленная, мечтательная, почти нежная улыбка. Обладая тонкой душой, она была чувствительна к красоте слова, ища подчас в стихах утешение в своих горестях, и не могла не чувствовать расположения к тем, кто разделял ее любовь к поэзии.

Голос графа де Бюсси стал мягче и глубже, в нем теперь звучала неподдельная искренность, при этом без рисовки или напыщенности. Мысль, заложенная в сонете, нашла невольный отклик в сердце королевы Наваррской, ведь нас пленяет все, чего мы лишены.
Если ты смотришь из окна на цветущий луг, ты видишь только зелень травы, нежность цветов, но не замечаешь грязи или ям, не видишь ядовитую змею, свернувшуюся перед броском, чтобы ужалить неосторожного, решившегося броситься в эти манящие, благоухающие объятия… В описываемое нами время смелость гляделась в зеркало, а отражением ее была жестокость. Говорили о благородстве и чести, шли на войну, и без малейшего колебания занимались грабежом и насилием. Боготворили женщину, но, когда проходила любовь, читали ее любовные записки друзьям, в кабаке, под одобрительный хохот… Это время было россыпью жемчуга и самоцветов, но брошенных в грязь. Но разве не мы сами выбираем, что видеть в первую очередь?

Маргарита, слушая стихи, видела их красоту, и, веря, что красота поэзии шлифует даже самые грубые души, смотрела на Луи де Клермона уже совсем иначе. Смелость и поэзия, красота внешняя и намек на красоту внутреннюю – это было именно то, что могло очаровать королеву Наваррскую.

Когда затихло последнее слово, Маргарита, чуть подумав, ответила дворянину, и ответила на том же языке, языке Каллиопы:
- Красиво жить, увы, не всем дано,
Мы тратим жизнь, как медную монету
Купить пытаясь счастье, как вино
И в поисках его бродя по свету.

Красиво умереть – вот лучшее оружье
Против судьбы с ее насмешкой равнодушной


Франция нуждается в героях. И героинях!

0

4

А тем временем в Анжере...

Бриан де Монсоро увлечен Дианой де Меридор, герцог Анжуйский увлечен Дианой де Меридор. Ничто так не подстегивает, как здоровая конкуренция. И только Диану де Меридор никто не спрашивает, жестокое время! Багрянцем по золоту

Бриан де Монсоро пишет

Снисходительная усмешка графа де Монсоро, вызванная поведением старого барона, на его взгляд – нелепым поведением, ведь кто старое помянет, тому глаз вон, а кто вслух, тому два, быстро сползла с его лица при появлении Дианы де Меридор.

Анжуйскому дворянину показалось, что ему дали под дых. Он забыл, что нужно дышать, а в глазах поплыло. Красота дочери барона Огюстена была ослепительной, и Бриан впервые познал, что это может быть не метафорой. Пытаясь скрыть охватившее его волнение, мужчина закашлялся, с силой надавил пальцами на глаза и заставил себя еще раз посмотреть на юное совершенство. Теперь он понимал, отчего принц так жаждал получить эту девицу в свои объятья. Руки Его Высочества тянулись к прекрасному, желая испохабить его своими ласками.
«Он не получит ее. Она будет моей»

Решение далось просто, но чтобы претворить его в жизнь требовалось немало изворотливости.
- Сударыня, я счастлив нашему новому знакомству и тому, что именно мне выпала честь сопровождать вас во дворец герцога Анжуйского, - «украсть, увезти, спрятать», - пульсировало в голове Бриана де Шамба. Склоняясь перед девушкой в галантном поклоне, он не мог отвести взгляда от ее чарующих глаз.

Все же, как она изменилась! Гадкий утенок превратился в прекрасного лебедя. Любой охотник будет счастлив такому трофею, любой мужчина будет горд вести рядом с собой такую женщину. Но кроме страстного вожделения обладания этой невинной красотой, выросшей в провинции Анжу, граф де Монсоро с удивлением ощутил внутри себя неведомое ранее тоскливое томление. Ему не хотелось, чтобы очи этой девицы смотрели на него с испугом. Ее не хотелось быть для нее тем страшным, испачканным кровью ее собратьев по вере, чудовищем, каким она его запомнила.

- Барон, - требовалось действовать и действовать немедля, - позвольте вам выразить свое восхищение вашей наследницей и уверить вас, что вы и ваша дочь можете полностью располагать мной и рассчитывать на любую мою помощь и поддержку, - небрежно постучав пальцами по эфесу шпаги, приближенный герцога Анжуйского, участливо, даже сочувствующе, улыбнулся хозяину дома.
– И первый мой совет, дружеский, - он подчеркнул слово, говорящее о доброте его помыслов, мягкой интонацией, - не стоит так усердно оправлять мадемуазель плащ. Напротив, лучше его вовсе снять, когда прибудете во дворец. Поверьте, именно этого герцог и ждет, - первый шаг к поставленной цели был сделан и подкреплен многозначительным взглядом в сторону барона де Меридор.

- Вы позволите, мадемуазель Диана? – граф учтиво протянул женщине руку, походя ближе. Его жест можно было понять двояко – то ли он предлагает девушке опору, то ли просит ее персты для поцелуя. На самом деле Монсоро и предлагал и просил.


Франсуа де Валуа пишет:

Герцог Анжуйский ходил от окна к окну, становясь с каждой минутой все мрачнее и мрачнее. Любовная лихорадка, которая захватила Франсуа Валуа после знакомства с Дианой де Меридор, не прибавила его лицу красоты, душе благородства, а мыслям – нежности. Задумывая ее соблазнение, он твердил себе что, в сущности, оказывает честь этой дворяночке. Что ее учтивая холодность – только маска кокетства. Но сердце невольно замирало при воспоминании об этой чистой, горделивой красоте. Ему нужно было обладать ей, нужно было убедиться, что эта надменная Диана, растеряв в его постели свою надменность, превратиться в обычную женщину. Тогда он сможет избавиться от этой одержимости и, забыв ее, жить дальше.

- Они уже давно должны были приехать, - раздраженно бросил он Орильи, в ответ на вопросительный взгляд лютниста. Тот, зная тайные мысли и желания своего хозяина, был посвящен в затею Франсуа. Отвлечь под каким-нибудь предлогом старого барона и остаться наедине с его дочерью. Ну а там… если бы не помогли нежные слова и уговоры, через пару дней прелестная дочь барона бы пропала. Конечно, принц сделал бы все, чтобы найти и наказать виновных, но что поделать, такова судьба.
- Должны, если старый волк не почувствовал неладное, и не оставил малышку томиться дома, вместо того, чтобы танцевать на балу, - бросил лютнист, развлекаясь тем, что умело подогревал гнев принца на старого барона де Меридор. Благородный и честный дворянин сразу пришелся ему не по душе.
- Граф де Монсоро знает свое дело, он привезет мне даму, даже если отец будет против, - с уверенностью, которой, впрочем не чувствовал, заявил герцог Анжуйский.

Гости уже собрались, надо было выходить и приветствовать цвет анжерского дворянства, но принц медлил. Он всматривался в темноту за окном, словно стараясь увидеть в этой чернильной мгле очертания нежного белого лица…


Очень нужна дама, которая утешит герцога Анжуйского в его разочаровании!

0

5

не актуально

Отредактировано Сибирский кот (25-08-2017 18:38:05)

0

6

Что может быть лучше небольшой дуэли? Повод не так уж важен, важно все сделать красиво. Луи де Клермон, граф де Бюсси ищет ссоры с Жаном-Луи де Ногарэ, фаворитом короля Генриха III. Ну а тот, кто ищет, тот всегда найдет!
Кто мягко стелет для колен, тот голову готов отрезать (с)

Луи де Бюсси пишет:

В помещении было достаточно шумно, звуки голосов нескольких десятков человек сливались в однообразный гомон. В этом гуле сложно было различить, о чём говорила компания молодых людей неподалёку, но Бюсси удалось уловить несколько слов. Его ожидания не обманулись, и дворяне действительно узнали его. Того, что Луи де Клермон услышал, было достаточно, чтобы его горячая кровь вскипела от негодования. Принц крови не обманул его, и этот сброд действительно позволяет себе распускать языки! Первым порывом Бюсси д’Амбуаза было желание немедленно бросить вызов наглецам, но с огромным трудом он сдержал себя. Граф отвернулся, сделав вид, что разглядывает шторы, закрывающие ближайшее окно, дабы никто не увидел, как ярость сверкнула молнией в его глазах, и как сжались зубы от злобы. Брось он им сейчас вызов, и приближённые короля могли поднять его на смех, сказав, что он ослышался и ничего дурного они не говорили, поставив Бюсси, тем самым, в чрезвычайно глупое положение.

Тем не менее, добыча была совсем рядом, и требовалось лишь, подобно тигру, залечь в засаду, чтобы не спугнуть её раньше времени. Взяв под контроль свои эмоции, Луи де Клермон не подал виду, что услышал хоть слово из разговора придворных. По-прежнему поглядывая с отсутствующим видом по сторонам, он придал своему лицу крайне задумчивое выражение и не спеша двинулся по направлению к группе молодых людей. Словно не замечая их, граф сделал несколько шагов и остановился, едва не столкнувшись с ближайшим придворным.

– Прошу простить меня, господа, я совершенно не заметил вас, – изобразив искреннее сожаление, почтительно воскликнул Бюсси, – Видите ли, я как раз сочиняю дифирамб и крайне озадачен размышлениями, кому же из семейства Валуа его посвятить – Его Величеству, чьё милосердие не знает границ, Его Высочеству герцогу Анжуйскому, являющемуся истинным примером добропорядочного католика, или же его сестре королеве Наваррской, чья красота не имеет равных во всём мире. Быть может, вы поможете мне с выбором?..

Луи де Клермон одарил своих собеседников любезной улыбкой, в тайне надеясь, что они не упустят возможности сострить по такому щекотливому вопросу.


Жан-Луи де Ногарэ пишет:

Когда Бюсси приблизился и с невинным видом извинился за то, что не заметил столь шумную и довольно многочисленную компанию, у Ногарэ что-то неприятно екнуло внутри и противно засосало под ложечкой. Весь азарт куда-то мигом испарился. Глядя в эти бесстрастные, холодные глаза хищника, изготовившегося к прыжку, молодой гасконский вельможа уже пожалел о сорвавшихся с языка неосмотрительных словах. Похоже, бравада может стоить ему на этот раз весьма недешево. Однако отступать было слишком поздно. Слова, как брошенная перчатка, требовали соответствующего ответа. Анжуец же как будто и сам был рад предоставить повод дворянам для зубоскальства. И это тоже было сродни вызову, который не принять – значит, уронить себя в глазах окружающих. А пуще того – перед лицом этого нахального графа, возомнившего себя равным солнцеликому Фебу. И де Ла Валет, прикусив губу, обернулся на прозвучавший вопрос, нацепив самое доброжелательное из возможных выражений на свою симпатичную мордашку:
- Боже мой, какая встреча! Господин де Бюсси. – Учтиво склонил голову Жан-Луи, приветствуя фаворита герцога Анжуйского. – Господа, не удивительно, что такой человек с высоты своего Олимпа не сумел разглядеть нас. – Широко улыбаясь, обратился д’Эпернон к примолкшим приятелям, замершим в ожидании пикантного зрелища. – К тому же вдохновение – эта капризная и летучая муза, имя которой, несомненно, Эрато, жестоко ослепляет своих избранников, делая их равнодушными к земным делам. О, господа, эта волшебница и проказница всемогуща, и одной лишь силой мысли низводит принцесс до графинь, а графов до герцогов. – Добавил миньон лукаво и с намеком поглядел на собравшихся, словно хотел сказать: «Ну, мы-то с Вами прекрасно понимаем, какие-такие принцессы и какие-такие графы и герцоги попались под руку своенравной и ветреной музе».
Сделав коротенькую паузу, юноша снова обратился к сеньору д’Амбуаз. Его интонации сочились недоверием, а брови взлетели в красивом жесте, долженствующем выражать крайнюю степень изумления:
- Как, Ваше сиятельство, Вы до сих пор не определились с тем, кто наиболее достоин быть увековечен в Ваших бессмертных строках? Право, Вам ли сомневаться… Говорят, Вашей шпаге такие колебания не ведомы. Впрочем, если Вы пришли сюда за советом, то извольте: прислушайтесь, о чем шепчутся придворные короля и приближенные Вашего сюзерена. И я уверен – Вы получите ответ на свой вопрос.


Ждем на игру храбрых кавалеров любого вероисповедания. Отсутствие строгих моральных принципов приветствуется. Дуэли оптом и в розницу гарантируем!

Отредактировано Гаэль (05-11-2013 13:32:58)

0

7

Что будет, если друг короля Франции полюбит жену короля Франции, которая на самом деле ему не жена, потому что король Франции любит друга этого друга, влюбленного в королеву Франции? Понятно что, попойка! Весь мир враждебен нашей страсти нежной (с)

Жан-Луи де Ногарэ пишет:

Ногарэ вот уже третий день беспробудно пил. Да-да, именно так. Счастливый влюбленный, которому, похоже, ответила взаимностью сама королева - этот белокурый ангел с душой ребенка и глазами великомученицы, - не мог избавиться от мерзкого ощущения предательства, которое он совершил. Пусть неявно... Пусть всего лишь на словах... И Луиза покинула тихий уголок, нарушив их уединение в самый благоприятный момент, иначе Жан-Луи за себя не ручался... Пусть так. Противный червячок сомнений глодал изнутри, подтачивая веру в себя и заставляя погружаться в мутные пучины хмельного безумия. Безумия, которое позволяло хотя бы ненадолго забыться. Не вспоминать прозрачные капли слез на ее длинных ресницах... Холод озябших рук, согретых его поцелуями... Губы, произносящие роковые слова, подарившие надежду и обрекшие несчастного на жестокие муки.

Вино и деньги текли рекой. Гасконец не скупился на выпивку и чаевые трактирщику, который умел держать язык за зубами. Часами просиживал д'Эпернон, уронив тяжелую голову на руки, уставившись ничего невыражающим взглядом в чисто выскобленную деревянную столешницу, выискивая тайные знаки в хитросплетениях и завитках. Мысли текли вялые, одуревшие от алкоголя и беспросветности. Временами он спохватывался. На его губах появлялась восторженная, мечтательная улыбка, впрочем, быстро угасавшая под гнетом понимания: он - миньон короля, а она - королева. Законная супруга того, кого юноша привык считать не только своим сюзереном, но и другом. Обмануть монарха - еще можно. Предать друга - было выше его сил. Это противоречие рвало и кромсало душу бедняги, выворачивало наизнанку. Заставляло дрожать от страха, рваться в бой от безрассудства и каяться - от безысходности.

В один из таких кошмарных вечеров в «Кабаньей голове» объявился маркиз д'Ампуи. Он бесцеремонно отдал распоряжения хозяину заведения. Занял удобное место за столом и, дождавшись, когда исполнят его приказания, произнес одно-единственное слово: «Рассказывай». У них - трех друзей, оказавшихся приближенными Генриха де Валуа и не утратившими понятия о чести, справедливости и дружбе, - это означало одно: «Я вижу, что тебе плохо. Я готов помочь тебе. Говори!»

Де Ла Валетту говорить было нечего. Опьянение туманило разум, однако не настолько, чтобы он решился открыться своему приятелю. Тем более, что тот, как никто из них, был близок к его величеству. А чем может закончиться подобная откровенность для него самого - молодой вельможа знал. Видели мы отрезанные головы господ де Ла Моля и де Коконнаса. Ему совсем не хотелось очутиться на их месте. Тем более, что госпожа де Водемон вряд ли будет столь же внимательна к его бренным останкам, как были внимательны к телам своих погибших возлюбленных королева Наваррская и герцогиня де Невер. А потому Ногарэ решил обойтись полуправдой - этим самым удобным коктейлем, в котором в равных пропорциях смешаны ложь, недоговоренность и истина.
- Ай, брось, Можиро! Давай лучше еще выпьем. - Заплетающимся языком предложил он, наливая себе и товарищу по полному бокалу только что принесенного вина. - Дело, в сущности, пустяк. Был бы я поэт, неприменно написал бы пару-тройку виршей и излечился. А так - приходится применять низменные способы, доступные нам - простым солдафонам, - когда мы бессмысленно и безнадежно влюбляемся в хорошеньких замужних женщин.

0

8

Ролевая форумная игра "Последние из Валуа" закрывает набор игроков на роли, что не озвучены выше.
Администрация готова рассмотреть ваши игровые пожелания в личном порядке. Для того нужно обратиться к одному из администраторов.

Доброй всем игры.

Отредактировано Сибирский кот (08-11-2013 19:18:06)

0

9

Как приготовить небольшой заговор? Записывайте рецепт: Коктейль "Лига". Король Франции - одна штука, король Наварры - одна штука, герцог де Гиз - много. Взболтать, но не перемешивать Бог, короли и Франция

Генрих Наваррский пишет:

Генрих с отрешенным видом сидел в кресле. На его подвижном и обычно выразительном лице была написана такая скука и безразличие к тому, что происходило в двух шагах (а там вершилась ни много, ни мало - история Франции), что можно было подумать - он превратился в каменную статую, лишенную человеческих эмоций и желаний. Ни презрение во взгляде принца Жуанвиля, ни приторная доброжелательность Генриха де Валуа не способны были поколебать внутреннее равновесие и душевное спокойствие молодого Наваррского государя.

Когда того требовали обстоятельства, Анрио умел быть и незаметным, и внимательным. Глаза - единственное, что выдавало жизнь в этом отчужденном теле, принявшем насмешливо-надменную позу и застывшем в ней на продолжительный срок. Острый, пристальный взгляд скользил по лицам собеседников. Пытался заглянуть в бумаги, принесенные герцогом де Гизом. И еще слух - чуткий, звериный. Ему была слышна каждая фальш, каждый сорвавшийся с губ судорожный вздох.

Беарнец не столько услышал, сколько почувствовал кожей щедрое приглашение короля к пиршественному столу, на котором следовало подавать жареные остроты и соленые шпильки. "Я гончая, науськанная опытным егерем. Вот заяц, вот - борзая. Остается лишь подать сигнал... И через каких-нибудь несколько часов можно наслаждаться роскошным жарким из дичи" - подумал сын Жанны д'Альбре, не торопясь вступать в беседу. Неожиданное сравнение понравилось юному Бурбону, и он позволил легкой тени улыбки скользнуть на сжатые в тонкую ниточку губы.

- Ваше величество не может ошибаться. - Наконец безразлично изрек супруг Маргариты. Слова - тяжелые, как камешки; острые, как грани отполированного алмаза; безжалостные, как смертельный яд - срывались с языка. На миг зависали в воздухе, чтобы с громким стуком (или это стучало его сердце?) упасть на пол. Зазвенеть, закатываясь под кресла и столы.

- Благо государя и благо государства одно и то же. И наоборот. Но лишь в том случае, когда государь владеет государством по праву, а государство по праву ему принадлежит.

Наваррец медленно перевел взгляд на Лоррейна; с того - на своего второго кузена, словно бы про себя решая только что озвученную задачу: кому же из этих двоих по закону и по праву принадлежит Франция?

- Государство - тело. Государь - голова. И лишь тогда они процветают, когда шея не диктует обоим свою волю. Ибо это чревато. Обрати она внимание головы на язвы, покрывшие ноги, голова может и проглядеть топор, занесенный над нею собственными руками.


Генрих де Гиз пишет:

- Именно, сир, - король, в пылу своей неприязни к Гизу, говорил то, о чем тот умолчал. – Именно, - еще раз повторил он, обернувшись к Наваррскому.
– Благо короля неотделимо от благо его королевства.
Руководствуясь этой мудростью, ни один из монархов Франции не был готов отделить свое благополучие от государственного блага и принести первое в жертву второму.
Сердце Лотарингского принца болезненно кольнула обида. Обида за страну, обида на тех, кому ее беды и горести были важны менее своих личных переживаний о том, какой наряд завтра одеть на очередной бал. И на тех, кто пекся о целостности своей шкуры больше, чем о благе собственной жены.

Он защищал с мечом в руках народ Франции на поле брани, он постарается соблюсти его интересы и в политических играх, не щадя корон на головах других.

В отличие от двоих своих кузенов, он имел и деньги и свободу для того, чтобы осуществлять то, что задумал. А когда в жилы изможденной налогами страны потечет испанское золото, ему уже не будет требоваться разрешение государя на укрепление оплота католической веры. Парижане первые встанут в строй и вновь возьмут оружие в руки, чтобы изгнать ересь из-под неба своей родины. И поднявшийся в столице ветерок, бурей пронесется до самых границ.
Но он еще ждал ответа от Габсбурга, а сидеть и бездействовать было не в натуре Гиза. Если то требовалось, то он мог проявить потрясающее терпение. Однако, не в этот раз. Сегодня он решил, что правильнее будет провести «разведку боем», нежели сидеть, сложа руки. И о решении своем не сожалел.

- Простите, ваше величество, я не настолько сведущ в том, когда и как падает топор, отделяя голову от тела, но целиком полагаюсь на ваши познания, - Анрио достался легкий кивок герцога. О ледяную учтивость принца Жуанвиля, о его веру правоту своих целей, могли разбиться в брызги и величие одного Генриха и хитрость другого.

Валуа хотел заставить Лоррейна побегать к нему с бумагами, тратя драгоценное время в никуда, но герцог не мог позволить себе доставить такое удовольствие монарху.
- Возможно ли сир, сосчитать все капли дождя в ливень? По-моему, нет. Так и здесь, ваше величество. Для того, чтобы составить списки желающих, требуется ваше милостивое дозволение. И если вы его даете, то завтра же можно организовать составление этих списков. Но и в этом случае мы не будем иметь полной картины, ибо не всем дана возможность ходить, - вот оно проявление царственного «хочу» во всей красе. Не важно, что для любого действия, события, нужны время, люди и тщательная подготовка. Важно, что король хочет чего-то, а на средства ему наплевать.

- Послезавтра я вынужден буду покинуть Париж на несколько дней. Меньше, чем через неделю моему второму сынишке исполнится два месяца, а я еще не видел ни его, ни супругу, - Генрих Гиз, не скрывая своей гордости, посмотрел поочередно в глаза бездетным королям. – И, если вы сочтете то возможным, то я прошу вас сегодня ответить, ваше величество, с благословения ли государя добрые католики могут составлять списки всех желающих вступить в священный союз? - переспрашивая короля, герцог хотел понять, насколько Валуа отдает себе отчет в том, что составление списков и формирование союза– есть одно и то же.


Генрих Валуа пишет:

Наварра поучал, Гиз наставлял, и каждый, похоже, знал, что лучше для государства лучше короля Франции. Генрих усмехнулся, любуясь своими дальними родственниками. Что ни говори, а каждый хорош по-своему.

Но прежде всего, стоило напомнить мужу Марго, что его положение слишком шаткое, чтобы давать советы королю Франции.
- Вы красноречивы, как святой Августин, Анрио, и сыплете изящными сравнениями, как Цицерон. Вижу, общество Маргариты пошло на пользу. Еще немного, и сможете произносить проповеди. Может быть, вы пошли не по своей стезе и вам надо посвятить себя посту и молитвам, а вы растрачиваете пыл на наших дам. Подумайте все же над тем, в чем ваше призвание, кузен!

Решив, что с Наварры достаточно (в конце концов, лежачих не бьют), король Франции перевел взгляд на Гиза, не потрудившись убрать с губ ироничную улыбку.
Воистину, принца Жуанвиля сегодня посетило вдохновение, он так и сыпал мудростями, словно жемчугом, пытаясь, правда, щедро перемежать жемчуг с колючками. Но жемчуг был мелковат, а колючки только смешили Генриха.

Гиз пытался выглядеть хорошим мужем. Но все знали, что жена для него все равно, что племенная кобыла, рожающая каждый год по ребенку.

Гиз мнил себя хитрым политиком. Но когда у короля на руках будет полный список всех, кто желает вступить в Святой союз, он сможет увидеть своими глазами, кто готов выступить против него. Ибо Генрих Валуа не сомневался в том, что уничтожив ересь огнем и мечом, Гиз решится на большее - выжечь этим же огнем королевские Лилии до корня. А зная, кто его враги и сколько их, он уже будет действовать наверняка. Кроме того, составление таких списков требует времени и денег, и если Гиз так радеет за чистоту веры, то пусть будет готов за нее заплатить. Золотом. Может быть, это немного охладит его религиозный пыл.

- Значит, герцог, вам предстоит пересчитать капли дождя в ливень, и смотрите, не упустите ни одной! А начните с самых крупных. Например, с короля Наваррского. Как, Анрио, вы готовы поставить свою подпись?
Генрих Валуа улыбался, с удовольствием ожидая ответа от мужа Маргариты, и того, как отнесется герцог де Гиз к такому предложению. Если Наварра откажется, это будет почти предательством. Разве он не изображает из себя доброго католика? Если согласиться, то как оскорблены будут другие добрые католики, когда принц Жуанвиль предложит им поставить свои подписи после короля Наваррского, еретика и гуляки.


А ты записался в добровольцы?

0

10

Есть такая примета в славном городе Париже: если встретиться с мэтром Кабошем, когда он в плохом настроении - это к несчастью. Возможно, к перелому, или сотрясению. Но бывает и наоборот Язык мудрых сообщает добрые знания

Агриппа д'Обинье пишет:

Первым, что ощутил Агриппа, возвращаясь из забытья, куда был отправлен властной рукой лихорадки, запах. Запах сырости, земли, мха. Словно бы он оказался в старом, заброшенном охотничьем домике на болотах. Но к запаху этому примешивался еще и другой, непонятный аромат.

- Где я? – первым сорвалось с его губ.

Дернув носом и собрав кожу на лбу в морщины, соратник Генриха Наваррского старательно пытался вспомнить, как он докатился до беспамятства. И догадаться, где он мог очутиться. Гостиница, улицы Парижа, все плыло перед глазами, тяжелее ноги… Дальше пустота. Несколько раз, по кругу, он прогонял свои воспоминания, но ничего нового в них не появлялось. Оставалось мыслить логически. Сырость и земля. Неужто Бастилия? Инстинктивно рука дернулась к шпаге. Ее не было. Впрочем, как быстро открыл для себя сын адвоката де Бри, кроме рубахи, причем, похоже, не его, и штанов. Они прилипали влажно к щиколоткам, но это были явно его штаны.

Наконец, д'Обинье решился и открыл глаза. Его изумлению не было предела, когда он обнаружил, что находиться в комнате с непонятной обстановкой, да еще и не один. Крепкий, пожалуй, даже слишком крепкий для его немолодых лет, мужчина, далеко не самой приятной наружности, сидел на табурете за столом. Никогда Агриппа не видел этого человека ранее, но при взгляде на него по воспаленному телу пробежал озноб. Или это была причуда болезни?

Для камеры Бастилии комната была, как казалось сентонжцу, слишком светлой. Для человеческого жилья – слишком темной. Да что же это за место, между адом и землей, куда он попал?
- Сударь, скажите, где я? Это Бастилия? – взгляд его невольно метнулся к окну. Окна в городской тюрьме были иные – это он сам видел. Спросил и закашлялся. Сухость и боль раздирали горло на куски.


Мэтр Кабош пишет:

Мэтр, коротающий время за созерцанием неведомой точки в бытие, усмехнулся, услышав голос больного.
- Видать, вы не бывали в Бастилии, сударь, если так благостно ее себе рисуете, - поднявшись с табурета, палач парижского судебного округа подошел к кушетке, где очнулся молодой человек.
Бестрепетно он приложил руку к его лбу, а другую к жилке, что билась на шее. Взгляд аженца был устремлен в маленькое оконце. На улице темнело. Несколько часов этому страдальцу понадобилось на борьбу с лихорадкой. За время, что мужчина был без сознания, Кабош несколько раз смачивал тряпку, что лежала у него на лбу, и дважды переодевал его в свои рубахи. Каждый раз, стягивая с того пледы и ворох своей одежды, чтобы переодеть бедолагу, он опасался увидеть на ткани рубах багряные пятна. Если бы пот стал кровавым, участь этого дворянина была бы предрешена. Пришлось бы избавлять его от страданий, и с кушетки незнакомец перекачивал бы на стол в соседней комнате.
Лихорадка отступала, но могла вернуться в любой момент. Этот человек еще немного потопчет грешную землю, если ему хватит мозгов не вскакивать нынче же среди ночи и бежать, неведомо куда.
- Я препровожу вас в городскую тюрьму, месье, если вы того так страстно желаете. Но, чтобы не тащить вас на себе, пожалуй, подожду, пока вы сами будете способны ходить, - мэтр Кабош открыл огромный сундук и вытащил оттуда еще одну рубашку и простые штаны мягкого холща. – Переоденьтесь, - швырнул он слово и вещи в своего гостя. – Если останетесь в том, в чем есть, я не поручусь, что вы увидите не только стены Бастилии, но и завтрашнее утреннее небо. И вам надо поесть.
Не обращая больше внимания на молодого человека, Антуан подошел к небольшой жаровне в углу. Открыв крышку глиняного горшка, он понюхал варево, что было там, снял пробу деревянной ложкой и, удовлетворенно кивнул.

0

11

Женюсь, женюсь, какие могут быть игpушки
И буду счастлив я вполне..
.
Сказал Бриан де Монсоро.

А я не хочу, не хочу по расчету,
А я по любви, по любви хочу.

Ответила Диана де Меридор.

Огонь, вода и медные трубы

Бриан де Монсоро пишет:

Сложно описать с каким трепетом граф ждал ответа Дианы де Меридор. Лишь жилка на шее, спрятанная воротником лихорадочно дрожала, выдавая то, как быстро у мужчины билось сердце.

Она не сказала «да», но она и «нет» не сказала! Он так и стоял, не поворачивая головы, чтобы справиться с собой и дать время себе, чтобы потушить торжество, сверкающее в глазах. Почти получилось. Но почти не считается – охолонул сам себя Монсоро. Нужно было довести все до логического конца, до венца, под который он толкал дочь барона де Меридор.

И нельзя было спугнуть девушку. Значит не время еще пока показываться священнику. Такая предусмотрительность могла выдать его расчетливость. С испуга и с горяча он приказал позвать святого отца и хорошо, что того не додумались провести сразу в комнаты наверху, где располагалась его гостья.

- Я прикажу послать за тем, кто сможет совершить обряд, если вы примите решение. Он останется в доме до конца визита герцога Анжуйского. И оставляю на вашей совести право решать дальнейшую вашу и мою судьбу, - одного Диана не понимала в своей наивности, в своем стремлении сохранить девичью честь. Она не понимала, насколько собой рисковал он сам. Не понимала, что грозит Бриану де Шамб, узнай принц Франсуа о том, как жестоко его обманул его же вассал.

Наконец он обернулся, четко пронеся подбородок над своим плечом и заложив руки за спину. По полу катились белые жемчужины. Словно стараясь скорее спрятаться, они бежали под стол, под кресло, под старинную этажерку. Монсоро поднял одну из них и повертел в пальцах.

- Пришлите за мной Гертруду, если решитесь, - его голос невольно стал мягче при взгляде на Диану, на ее нежные черты лица. Этой женщиной не только хотелось обладать. Ее, действительно хотелось защищать. – Или просто, если я вам понадоблюсь. А пока, запритесь и никого не пускайте, если не услышите моего голоса. И вот, возьмите, - на раскрытой широкой ладони он протянул девушке ее жемчужину. Словно корм для пугливого зверька.


Диана де Меридор пишет:

- Я… я поняла вас, сударь. Я сделаю все, как вы скажете.
Ее судьба, его судьба… Диана вовсе не хотела, чтобы от нее, от ее решения зависела судьба и благополучие Бриана де Шамб, она не желала, чтобы их что-то связывало. Но, кажется, думать об этом уже поздно, и случилось то, что случилось. Девушку как будто засасывала трясина, с каждым мгновением все сильнее и сильнее, неотвратимее, и каждый ее вздох, каждый жест только приближали неотвратимость конца.

Как завороженная, Диана протянула руку и взяла с ладони графа де Монсоро жемчужину, зажала ее в кулачке. Ей казалось, что у такого человека, как граф де Монсоро руки, подобно сердцу, изо льда, но удивительно, его ладонь была теплая.
И что же, ей вложить свою руку в руку этого мужчины и сказать «да»? Принять ту единственную защиту, которую ей предлагает судьба, отбросив свой страх, отбросив предубеждения, ужас перед тем, что граф де Монсоро будет называться ее мужем, и до конца своих дней она будет связана с этим страшным человеком неразрешимыми узами?
Отец вручил ее графу де Монсоро. Отец просил слушаться графа во всем, обещая, что тот позаботится о ней. Так что же ей делать? Она растеряно смотрела на жемчужину, словно пыталась найти на ее гладкой, теплой поверхности ответ, а Гертруда запирала дверь в комнату.

Некоторое время спустя подтвердились и слова Шарля де Шамб и худшие страхи Дианы де Меридор. Под холодным, унылым осенним ливнем во двор замка въезжала кавалькада всадников. Сквозь толстое цветное стекло, вставленное в свинцовый переплет, было не различить лиц, но все же Диане показалось, что в том, кто ехал впереди, она узнает герцога Анжуйского.
Без сил, Диана опустилась в кресло. Все ее страхи, сомнения, колебания были сметены появлением принца. Если единственный способ избежать объятий герцога – это замужество с графом, значит, она выйдет за него замуж.


Будь героем, спаси девушку!

0

12

Как соблазнить собственную жену? Мастер-класс от Генриха Наваррского Время собирать камни

Генрих Наваррский пишет:

Трогательная забота и тихий голос жены заставили Генриха ненадолго расслабиться. Все эти дни, изображая смертельную болезнь, он подспудно ждал какого-то подвоха. Опасался если не провокаций, то яда в пище или ножа из-за угла. Время, когда одна власть уже почти обессилила, а другая еще только собирается взять бразды в свои руки, может списать многое. В том числе и случайную смерть одного не в меру ретивого и глупого короля маленькой страны, у которого здесь - в Лувре - нет ни родственников, ни друзей. И лишь супруга - единственная, пожалуй, еще не готова предать и отвернуться.

Тонкая улыбка сопроводила действия дочери Екатерины Медичи, отведавшей бульон и вино прежде, чем подать их больному мужу. Он ничего не сказал, но в его глазах на миг промелькнула такая щемящая нежность, что будь королева менее занята своими обязанностями сиделки, быть может иначе взглянула бы на своего неверного супруга.
Слова Маргариты нисколько не удивили Наварру. Обо всем этом он уже успел многократно передумать, предаваясь безделию и наслаждаясь одиночеством. То, что старый парфюмер так и не пожелал ответить на намеки юного Бурбона, о многом говорило. По крайней мере для него - человека, научившегося читать между строк и слышать несказанное.

- Король умер. Да здравствует король! - Невесело пробормотал гасконец, отводя глаза. Он видел, как непросто дается принцессе из рода Валуа этот разговор.
- Для сердца Вашей матушки Польша значительно ближе, чем соседние покои во дворце. Ее можно понять, как женщину. - Передернул плечами мнимый умирающий. Взглянул в лицо молодой женщины. Бережно провел кончиками пальцев вдоль линии точеного подбородка и ласково отодвинул со щеки прикорнувший там непокорный локон. Беарнец вдруг поймал себя на мысли о том, что ему хочется погладить эту такую мужественную и вместе с тем хрупкую королеву по волосам, как маленькую девочку. И сказать, утешая, что все будет хорошо.

- Франсуа предсказуем в своем нестерпимом желании получить власть. Власть, которая всякий раз, как непокорная любовница, ускользает из его объятий. - Тихо продолжил сын Жанны д'Альбре, легко коснувшись плеча Маргариты. - И раз мы бессильны - слово "мы" он специально выделил голосом, чтобы подчеркнуть, что не отделяет себя от второй половины, несмотря ни на какие разногласия и разность симпатий, - остается лишь один союзник, на милость которого может рассчитывать Ваш брат.
Анрио специально постарался избежать имен. Несмотря на распространенное мнение о том, что король Наварры неуч и деревенщина, он в действительности был слишком деликатным человеком. К тому же, не лишенным чувства такта и уважения к переживаниям и эмоциям других. Особенно, если этот кто-то другой - женщина.

- Чудеса случаются только с теми, кто в них верит. Марго, Вы все еще умеете верить в чудеса? - Приблизив свое лицо к лицу благоверной, шепотом спросил наваррец, заглядывая, казалось, на самое дно бездонных глаз прекрасной "Жемчужины Франции".

0

13

«Последние из Валуа» теперь больше чем форумная ролевая игра по мотивам произведений Александра Дюма и других писателей, посвятивших свое перо непростой истории Франции XVI века. Теперь это полноценный литературный проект «Последние из Валуа. История в лицах и лица в истории», объединивший творчество игроков в одну книгу. Представляем вашему вниманию первый том «Вера, корона жизнь», повествующий о событиях 1572 года, как их видят наши игроки. Продолжение следует!

Последние из Валуа. История в лицах и лица в истории.

0

14

Пока король правит Францией, герцогиня Неверская правит королем Утро добрым не бывает

Карл IX Валуа пишет:

То апрельское утро для Карла Девятого Валуа ознаменовалось радостным событием. Камергер с хитрющим блеском в глазах передал Его Величеству записку. Ни для кого уже не было секретом то, как король относился к Ее Светлости герцогине Неверской. И оттого слуга с радостным почтением передал монарху ее послание, едва Карл закончил свой утренний королевский моцион и вернулся с мессы.

Герцогиня писала, что собирается навестить своего любовника не далее как до полудня.
Скрыв самодовольную усмешку, закусив ус, Шарль подумал, что ему следует перенести встречу с советниками в кабинете, ради встречи с принцессой Клевской в спальне. Черт возьми, король он или нет?! Хоть раз в жизни он может сделать то, что хочет, а не то, что должен?

- Передайте всем, кто меня ждет, что мне недужится. Пусть расходятся. Поговорим обо всем завтра, - подмигнув хитро слуге, государь, насвистывая себе под нос развеселую мелодию, занялся делами более приятными, чем разбор корреспонденции и рассмотрение новых налоговых пошлин. – И еще - проводите ко мне мадам, как только она прибудет во дворец.

Он вторично позвал к себе брадобрея и приказал еще раз себя выбрить. Несмотря на его королевское положение, Анриетта не стеснялась скорчить рожицу, если к ее коже непочтительно относились, царапая колючками щетины. А сам Шарль находил эти капризы своей возлюбленной очаровательными и всячески старался их предупредить.

- Генриетта, вы вздорная девчонка! – рассмеялся король, едва мадам де Невер появилась на пороге его спальни. Он сделал камергеру жест рукой, означавший «проваливай прочь» и устремился навстречу своей даме сердца. – Разве можно так дразниться? Написать о приходе и так долго с ним тянуть!


Генриетта де Невер пишет:

Вопреки ожиданиям короля, Генриетта Клевская не одна появилась в его покоях. За ее спиной, дрожа от неподдельного ужаса (шутка ли дело – скромной служанке появиться в опочивальне государя!) пряталась Клодетта.

- Ваше Величество, - глаза мадам де Невер были опущены долу, губы сложились в скорбную линию.
Она свершила перед королем положенный реверанс, едва сохраняя спокойствие. Чувства, распиравшие ее со вчерашнего вечера, требовали воли. И первым, что герцогиня сделала, проснувшись – отправила записку в Лувр с верным слугой для монарха. Затем, как бы ее не подгоняло клокотавшее в груди возмущение, подружка королевы Маргариты привела себя в должный случаю вид. Она выбрала для посещения дворца довольно скромное бежевое платье, украсила себя фамильными изумрудами и приказала приготовить портшез. Клодетту она прихватила с собой, дабы та несла ту дрянь, что вчера доставил маркиз дю Гаст.

У Карла был дурной вкус на подарки женщинам и, получив от него книгу, Его Светлость собиралась преподнести королю достойный урок. И прежде всего показать, что она даже приказаться не собирается к подобным подношениям. От страниц книг сохнет кожа на руках, появляются морщины вокруг глаз, а еще, чего доброго, может начаться мигрень!

- Простите за вторжение. Простите мне и еще одну вольность, - голос мадам де Невер был преисполнен важности, вид величия, а рукой она чуть ли не за шкирку выволокла из-за своих юбок камеристку.
- Положи, что принесла вон туда, - изящный женский палец безапелляционно указал на небольшой столик в углу опочивальни Шарля, - и убирайся прочь.

Клодетту просить дважды не пришлось. Едва не падая в обморок, она присела перед королем, мышью метнулась, куда было велено, и оставила там шкатулку с книгой, что госпожа получила накануне в подарок от Его Величества. Ой, что вчера было из-за этой книги! Спустя пару мгновений любовники остались одни.

- И простите меня в третий раз, сир, но я не могу принять столь бесценный дар, - подняв, наконец глаза на государя, Анриетта смотрела на него почти не моргая. Она ждала. Ждала, как Карл объяснит ей все это. Начиная от выбора подарка, и заканчивая выбором посла к ней.

0

15

Генрих де Лоррейн разыскивает братьев!

Очень желательны на игре:

http://f4.s.qip.ru/q7I7moP1.jpg
Шарль де Лоррейн, герцог де Майенн

Отредактировано Сибирский кот (25-08-2017 18:40:02)

0

16

не актуально

Отредактировано Сибирский кот (25-08-2017 18:38:50)

0

17

не актуально

Отредактировано Сибирский кот (25-08-2017 18:39:16)

0

18

не актуально

Отредактировано Сибирский кот (25-08-2017 18:39:35)

0

19

http://static1.keep4u.ru/2017/05/08/446461a-2bf8115a5ff.png

Последние из Валуа
Ждем наших героев!

0

20

Набор новых игроков открыт

НА ИГРУ ТРЕБУЮТСЯ ДАМЫ ДЛЯ УЧАСТИЯ В СОБЫТИЯХ 1578 ГОДА

http://static1.keep4u.ru/2017/05/08/KLELIY61ff6.jpg
Клелия Фарнезе, маркиза Чивиттанова, внебрачная дочь кардинала Алессандро Фарнезе

http://static1.keep4u.ru/2017/08/25/catherinedebourbon40a80.jpg
Екатерина де Бурбон, сестра Генриха Наваррского

http://static2.keep4u.ru/2017/08/25/fossuse705da.jpg
Франсуаза де Монморанси-Фоссе, фрейлина Маргариты Наваррской

http://static1.keep4u.ru/2017/08/25/colahsgewamn4eb4182.jpg
Соланж де Шампье, девушка из провинции, компаньонка мадам де Сов

http://static2.keep4u.ru/2017/08/25/8lehagekocce2cb63.jpg
Элена де Коссе-Бриссак, супруга Мишеля де Гуфье

Отредактировано Сибирский кот (26-08-2017 15:48:07)

0


Вы здесь » Live Your Life » Неформат » Последние из Валуа


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC