Live Your Life

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Live Your Life » -Магический мир Роулинг » marauders. crimson beginning


marauders. crimson beginning

Сообщений 21 страница 38 из 38

1

MARAUDERS
crimson beginning


адрес проекта: http://neverdie.rusff.ru/
тематика и жанр: магический мир Дж. К. Роулинг, i поколение; фэнтези, приключения, альтернативная реальность, постхог;
игровая система и рейтинг: эпизодическая система игры; NC-17 [допустимы сцены насилия; все моменты, где написано рейтиг R];
игровые реалии: каноническое развитие событий; зима 1980 года; магическая Великобритания; возможно введение иностранных волшебников; в игре будут использованы: острова, прибрежные территории, европейские государства; главная локация: Лондон;

необходимы в игру:


Амикус Кэрроу, Фабиан Пруэтт, Торфинн Роули, Флориан Фортескью, Гавейн Робардс, Молли Уизли, Эдвард Тонкс, братья Бэгмен, Игорь Каркаров, Корбан Яксли, Игорь Каркаров, Джонатан Долиш, Амос Диггори, Ксенофилиус и Пандора Лавгуды, Миллисент Бэгнольд, Бартемиус Крауч старший, Рита Скитер, Помона Спраут, Поппи Помфри, Берта Джоркинс братья Уизли; Пожиратели Смерти, члены Ордена Феникса.

Отредактировано never die (18-09-2020 03:20:42)

0

21

неактуально

HAVE YOU SEEN THIS WIZARD?

https://i.imgur.com/QEeCvn7.gif https://i.imgur.com/uWu4MGN.gif https://i.imgur.com/z5a88g3.gif https://i.imgur.com/XZq73C7.gif

ENID LONGBOTTOM, 32
ЧИСТОКРОВНАЯ — ЦЕЛИТЕЛЬ — HALEY BENNETT

- Tell me how all this, and love too, will ruin us.

Лето на Корфу жаркое, от выбеленных известняком стен летнего дома слепит глаза на солнце, но тринадцетилетняя Энид никогда не носит шляпу, у нее все лицо в веснушках, загорелая кожа блестит от соли, а волосы практически белеют от морской воды и палящего, июльского солнца. Энид всегда была рядом. Она - часть большой семьи. Спустя годы она признается, что это она заколдовывала ветки кустов в змеиное гнездо под окнами в спальню Элджи, чтобы напугать его жену. Та казалась ей скучной и высокомерной.

[indent] Любовь к Энид всегда пугала Элджернона.  Он хорошо помнит в какой момент обычная забота к ней переросла в какое-то другое чувство — неспокойное, зудящее, неправильное влечение. После того как Энид исполняется 14 лет, безобидная ревность маленькой троюродной кузины перерастает в настоящую влюбленность в Элджи, которому на тот момент 25 лет и он едва ли справляется с разрывом первых серьезных отношений и предстоящим разводом с первой женой. Энид не замечала выверенной отстраненности Элджернона и ей потребовалось всего несколько месяцев, чтобы заполучить сердце Элджи и не отпускать его больше никогда. В 27 лет Элджи делает предложение семнадцатилетней Энид. Этому чистокровному союзу в семье Лонгботтомов особенно были рады старшие поколения семьи, Элджернона до сих пор можно легко можно вывести из себя безобидными шутками о дальнем родстве со своей второй женой.

[indent] К тридцати годам Элджернон уже зарекомендовал себя как выдающийся сотрудник магической разведки. Его чаще отправляют на короткие операции заграницу, где он в основном занят оперативной работой выследить кого-то для Министерства, реже — доставить кого-то на территорию Магической Британии. Он старается не совершать ошибок молодости и проводит много времени с Энид. С ней проще, она — часть семьи, она росла рядом с Фрэнком, она понимает Эла и помогает ему заботиться о том, что ему дорого. Элджернон очень быстро принимает самоотверженность и заботу Энид как данность и на следующие пять лет опять ставит карьеру выше личного счастья. В 1973 году в отставку выходит глава группы и Элджернон получает повышение на руководящую должность.

[indent] В общем и целом, Элджернон хороший человек: он внимательный и любящий сын, верный брат и дядя, ответственный сотрудник, справедливый начальник. Но Эл совершенно не состоялся в семейной жизни как хороший муж. Он не умеет находить компромиссы со своей женой, он с легкостью и без чувства вины перекладывает ответственность за почти все проблемы в отношениях на своих избранниц. Так было в двадцать лет, это повторяется с ним в сорок. Это не мешает ему безумно любить Энид, даже не смотря на то, что эти отношения нельзя назвать здоровыми и гармоничными, он снова и снова выбирает только её.

Энид сильная, она не растворяется в отношениях и семейных проблемах, она самодостаточная и цельная. Она работает в больнице Святого Мунго уже больше десяти лет. Она эмоциональная и чувствительная, но с мудростью меняет роли в отношениях с мужем.


У нас большая и дружная семья, так что кроме троюродного брата, решившего поиграть в Гумберта такого себе мужа в лице меня, прилагается очень классный двоюродный кузен Фрэнк и его прекрасная жена Алиса.
Если бы за худшие заявки давали призы, я бы выиграл их все. Понимаю, что ничего непонятно, но что главное - мы ищем активную, так же нежно как и мы любящую волшебный мир, Энид, с которой мы бы сошлись кинками и фетишами взглядом на персонажей, хэдканоны, атмосферу и всё вообще.
Что касается игры: меня не интересует что-то бытовое, но и слишком поэтично с кончиками пальцев и дрожащими ресницами я не умею к этому подходить (ну ладно, иногда я могу начитаться чего-нибудь и вспомнить что такое метафоры). В постах люблю впадать в рефлексию, но стараюсь двигать события во времени изо всех сил. Умею писать 1-2 раза в неделю около 5 тыс знаков. Для вдохновения мне много не нужно - эстетика и немного логики.
P.S. я не извращенец, я классный и смешной. Просто очень люблю драму, hurt/comfort и ангст, а вот приближенный к реалистичности рейтинг 18+ с подробностями и жестью не люблю. Мне интереснее как персонажи переживают последствия травмирующих их событий.
Если заинтересовала роль - оставляйте связь в гостевой, мы обменяемся примерами постов и идеями  http://funkyimg.com/i/2vVnj.png

ПРИМЕР ИГРЫ

Алиса Лонгботтом пропала четыре дня назад. Элджи узнал о ситуации чуть меньше, чем через сутки после случившегося, и с трудом сдерживал свою злость и разочарование в поведении племянника. Фрэнк не обращался за помощью напрямую. Фрэнк как обычно берет на себя слишком много. И в этом все меньше здравого смысла.
— Фрэнк, при всем моем уважении к тебе, это твой самый глупый поступок. Не знаю, что ты пытаешься скрыть, но ты делаешь это очень плохо. — Элджи говорит спокойно, в его голосе отчетливо слышится назидательный тон. Так отчитывают провинившегося ребенка, эта беседа не напоминает сотрудничество двух взрослых волшебников. Элджи сминает в ладони прочитанную пару минут назад служебную записку: ему все сложнее сдерживать себя.
— И чем раньше ты это поймешь, тем быстрее я смогу тебе помочь. Помогу найти Алису. — Элджи оставляет смятый листок пергамента на рабочем столе племянника. Там совсем немного информации о том, где Алису видели в последний раз, сколько часов прошло после того, как Фрэнк, используя свое положение в департаменте, начал свое расследование о пропаже жены. Но Элджернон знает, что за этим стоит что-то большее, нечто непростительно глупое и опасное. Вопрос времени и только — когда тайное раскроется. Элджи не боится правды, но он опасается последствий, которые ждут его семью.
— Ты совершил ошибку. — Элджернон на пределе, он распознает ложь легко, не прилагая усилий, но не может никак повлиять на Фрэнка. К хит-визарду невозможно подступиться, в нем есть эта глупая мальчишеская уверенность в собственной силе, в каком-то абсолютном знании.

В полумраке одной из рабочих квартир в Косом переулке Элджи не может уснуть. Он плохо спит уже третьи сутки. Ему кажется, что сейчас сон — непозволительная роскошь. Он не может вернуться домой, потому что не знает как смотреть в глаза Энид, о чем с ней говорить. Чувство вины, преследовавшее его годами, теперь, с каждым его промахом на работе и в семье, становилось чудовищно тяжелой ношей. Как-будто внутри больше не осталось места ни для чего, кроме вины. И это уродливое чувство становилось пропастью между Элджерноном и всеми близкими для него людьми. Ему проще отстраниться и сделать все самому. Сделать все правильно. Вернуть себе чувство контроля. А был ли оно когда-то? От тяжелых мыслей волшебника возвращает к реальности хлопок трансгрессии возле двери. К порогу квартиры прибыл один из его сотрудников. Его команда работает в несколько смен, в последние сутки он сам лично общался не меньше чем с дюжиной людей, часть из которых не самые приятные личности из Лютого переулка.
— Мы нашли её, — волшебник с порога протягивает руку для трангрессии и в следующее мгновение они с Элджерноном оказываются на входе в больницу святого Мунго.
— Мы нашли её с Уилльямсоном пару минут назад, он доставил её в больницу, я перехватил тебя. С ней никого не было, — вичвочер быстро отчитывается перед Элджерноном, пока они вместе проходят быстрым шагом коридоры.
— Фрэнк знает?
— Нет.
— Она жива?
— Да, но… тебе лучше самому на это взглянуть.
— Мне нужен отчет сегодня. Где её нашли?
— Юг Хакни, Гров роуд. Рядом парк.
Элджернон ожидал увидеть прежнюю Алису — здоровую, улыбчивую, красивую, но в палату интенсивной терапии увозили совсем другую девушку. Мужчина отключает эмоции и, в отлаженном с годами практически рефлекторном движении, останавливает одного из колдомедиков крепким захватом предплечья:
— Что с ней случилось? Она выкарабкается?
— Сложно давать прогнозы пока я здесь болтаю с вами. — Волшебница средних лет смиряет Элджернона строгим взглядом исподлобья, но столкнувшись с отсутствием даже намека на капитуляцию на лице главы группы вичвочеров сдается и отвечает:
— Похоже её пытали заклинаниями, вы доставили её сюда живой — это уже хорошо. А теперь отпустите и дайте мне выполнять свою работу.
— Спасибо.

На пустой маггловской улице рядом с парком Виктория, в самом сердце Ист-Энда, мерцают уличные фонари от следующих друг за другом хлопков трансгрессии. Элджернон возвращается на место, где его сотрудники нашли Алису, чтобы убедится в том, что они ничего не упустили. Фрэнк оказался здесь первым, всего в паре метров от Эла, с волшебной палочкой наготове.
— Фрэнк, все нормально, убери палочку.

Отредактировано never die (12-08-2020 01:23:57)

0

22

HAVE YOU SEEN THIS WIZARD?

https://64.media.tumblr.com/ef0d5ddbd49f291c29a0f1f175af4dff/e191fe338ea26ab3-1c/s540x810/0cd763355c9521666ab0567b0c56973a5a22bee1.gifv

EVELYN «EVA» ROSIER, 18 *
ЧИСТОКРОВНА — НЕВЕСТА МЕРТВЕЦА — ELLE FANNING

Не верьте этим сверкающим глазам, этим белокурым локонам и этой кроткой улыбке - Вам кажется, что перед Вами буквально ангел по плоти, приседающий в реверансе в нужный момент и прекрасно говорящий по французски. Ангел очаровывает Вас своей искренностью и естественностью, не давая ни единого шанса усомниться в своей чистоте и верности. Вот только все это ложь. Дешевая подделка. Эва терпеть не может французский, ее тошнит от балов и приемов, а своих родственников она бы с радостью отравила, если бы знала, что ей ничего за это не будет. Но нет, не подумайте, что она заразилась магглолюбивыми идеями своего первого суженого - ненависть в грязнокровкам она также тщательно фильтрует, выдавая в виде довольно сдержанных комментариев в обществе сторонников идей Лорда, каждый из которых от нее, несомненно, ожидают и не перестают восхищаться, что за милая и мудрая не по годам юная леди из нее выросла. Отец, для которого она всегда была лишь красивой фарфоровой куклой, созданной исключительно для того, чтобы на семейном древе Розье образовалось очередное переплетение с каким-то не менее чистокровным и богатым родом, словно забыл про нее после того, как устроил брак с отпрыском Блэков; мать всегда волновало лишь то, насколько идеально лежат локоны малышки Эвы и подходит ли очередная мантия и последней коллекции «Туиффтинг и Таттинг» к ее небесно-голубым глазам. И только Эван догадывается, что вся эта идеальность и покладистость лишь маска - но даже он не до конца понимает, насколько сильно его младшая сестра ненавидит всех вокруг. Даже он не представляет, на что она способна.
➣ Первоначально Эвелин должна была достаться старшему из братьев Блэк - еще на четвертом курсе в одно пасмурное осеннее утро она получила письмо от отца (конечно же, написанное домовиком), где тот в присущей ему сдержанной манере сообщал ей о том, кто поведет ее под венец сразу после школы. Следом в ее руках оказалось письмо от матери с огромным количеством сантиментов и поздравлений. Она с не питала иллюзий о браке по любви и почти смирилась, что он будет по расчету с тщательно отобранным отцом кандидатом, вот только она точно не подозревала, что этим кандидатом будет самый громкий заводила школы, поддерживающий идеи магглолюбцев. Сириус то ли не читал письма своей матери, то ли просто решил проигнорировать сей факт, но никоим видом не выдал ни своей заинтересованности, ни своей разочарованности. Впрочем, довольно скоро это стало неважно - спустя несколько месяцев гриффиндорец уехал из отчего дома в закат в сторону своих идеалов, тем самым сделав младшего брата наследником не только всего состояния и наследия благороднейшего и древнейшего семейства, но и белокурой невесты.
➣ Регулус привык приспосабливаться. А из обрушившихся на него обязательств и ожиданий после того, как старшего брата матушка выжгла с семейного древа, невеста в виде белокурой Розье меньше всего вызывала в нем переживаний - свадьбу точно не стоит ждать раньше окончания ими школы, а до этого момента оставалось еще долгих два года, в которые еще очень многое могло измениться. Где-то в глубине души слизеринец больше переживал за такую нежную Эвелин и гадал, в первый же пару часов его матушка доведет юную волшебницу до слез или подождет до вечера - даже он не понимал, что эта юная леди может составить довольно серьезную конкуренцию Вальбурге Блэк по отвратительности характера.


Это история о том, что даже во второй воловине двадцатого века в чистокровном общество магической Великобритании превалируют браки по расчету, так что это не история о великой любви. И даже если мы решим сломать канон (а события на форуме каноничны лишь до 1979 года) и оставим Регулуса в живых и сыграем свадьбу, то его black black heart уже украдено. Будет ли Эва способна полюбить его, будет ли она страдать, если он умрет, или будет относится к нему, как и ко всем, с презрением - up to you ♥ как и род деятельности, истинный фундамент такого характера и много-многое другое)
Что не хотелось бы менять, так это имя (ибо Eva&Evan is love), семейные узы (вашего батюшку скоро будут выдвигать на пост Министра Магии - от такого грех отказываться!), и внешность - ибо фаннинг очень схожа с внешностью брата (но, если вдруг вы очень хотите кого-то другого, то мы можем попробовать договориться).
И да, заявка и внешность выкупаются - так что шлите сов для обсуждения :3

ПРИМЕР ИГРЫ

— Сириус Орион Блэк! — голос его любимой матушки громом раскатывался по дому на площади Гриммо, что даже старый китайский фарфор, тесно составленный за стеклянными дверцами одного из буфетов гостиной, тихо зазвенел, обещая не выдержать еще одной звуковой атаки, — Если ты сейчас выйдешь из комнаты, то можешь не возвращаться!
На самом деле, она часто во время ссор угрожала отречением от семьи, лишением фамильных ценностей и прочими радостями жизни «предателя крови» — однако, дальше слов дело не заходило, ведь клеймо позором ложилось в первую очередь на семью, а уже потом на изменщика. Так что, видимо, этот скандал был последней каплей, раз она решила поставить настоящий ультиматум. Сириус всегда знал, что именно этим все обязательно, рано или поздно, но закончится. Однако это заявление откровенно застигло гриффиндорца врасплох, так что он остановился как вкопанный всего в нескольких шагах от двери — прямо напротив вышитого на гобелене портрета двоюродной бабки Кассиопеи, лицо которой даже на холсте выглядело злобно, будто какой-то маггл осмелился посмотреть в ее сторону. Но темноволосый точно знал, что разгневанная Вальбурга за спиной уж точно даст своей родственнице фору в добрую сотню очков ярости. Он множество раз представлял себе этот момент (в десять, двенадцать, пятнадцать лет), но каждый раз обязательно громко хлопали дверями, а с полок летели различные фотокарточки, стекла которых разбивались вдребезги о натертый до блеска, но кое где уже проседающий паркет, от чего запечатленные маги и волшебницы испуганно убегали с за края фотографии; по дому же разносились обоюдные обвинения до самого щелчка замка входной двери. Да, миссис Блэк полностью оправдывала ожидания — даже была в своей любимой мантии уродливого грязно-бардового цвета, на воротник которой была нацеплена вечная серебристая брошка, доставшаяся от кого-то из чистокровнейших и древнейших как семейная реликвия. Но Сириус был, пожалуй, слишком спокоен в данную минуту — пару мгновений назад он орал на мать, разъяренно мерил шагами комнату и был готов разрушить этот чертов дом до основания, однако ее условие подействовало не хуже бочки ледяной воды. Так что о просто уставился на черные с проседью волосы Кассиопеи Блэк, уже точно зная, что делать, ведь решение было принято еще много лет назад.
Горельефная змея на серебряной ручке двери казалась как никогда неудобной, когда он поворачивал ее, чтобы открыть скрипучую дверь гостиной, оставляя Вальбургу в полной тишине — она словно до сих пор не верила, что старший из сыновей действительно осмелится выйти из комнаты. В коридоре у лестницы Кикимер осуждающее выглядывал из-за резного комода, хранящего целую коллекцию шляпок, вышедших из моды лет сорок тому назад, — старый эльф что-то тихо бормотал, из чего темноволосый смог разобрать лишь небольшой отрывок, что «его хозяйка достойна лучшего наследника». Будто ему когда-то хотелось им быть. Пролет скрипучей лестницы до двери с аккуратной табличкой с самым популярным именем рода — что ж, теперь оно точно станет ругательством в этом доме.
Сейчас гриффиндорцу кажется, что он всегда ненавидел этот дом на площади Гриммо, где все насквозь пропахло высокомерием, а чистота крови была возведена в культ; где уродливый эльф каждодневно натирал до блеска семейные реликвии, но любой не славившийся родословной волшебник считался изгоем. Кажется, что всегда ненавидел свою мать, которая привыкла все и всех контролировать и каждый раз выходила из себя, когда кто-то проявлял хоть какую-то свободу воли; что презирал отца, который всегда был и навсегда останется лишь жалким подкаблучником, не слезающим с короткого поводка своей властной жены; что откровенно не понимал брата, полностью оправдывающего свою фамилию и родительские ожидания. Кажется, что всегда лелеял мечту о самостоятельной жизни как можно дальше от этого проклятого дома и его обитателей, с нетерпением ожидая совершеннолетия. Теперь же в ожидании не было необходимости — оставалось лишь собрать вещи и навсегда распрощаться с «любимыми» родственничками.
Привезенный кем-то в подарок из родни чемодан из драконьей кожи впервые мог по-настоящему оправдать расхваленные на упаковке «вместительность и легкость», так что Блэк, не задумываясь об особом порядке, стал скидывать туда находящиеся еще большем хаосе вещи из старого дубового шкафа, принадлежащего еще, кажется, его прадедушке. С окончания учебного года прошло чуть больше двух недель и большая часть чемодана так и осталась неразобранной, так что не было необходимости искать подаренный на прошлое рождество Лунатиком набор перьев или одолженный у кого-то во время подготовки к СОВ, но так ни разу и не открытый, справочник магических грибов и растений. Когда со шкафом было покончено и даже старая квиддичная форма была отправлена в пока что оправдывающий свой первый эпитет чемодан, гриффиндорец перешел к письменному столу, уставленному с одной стороны рядами фотографий родственников, лишь на одной из которых запечатленные не чихали от толстого слоя пыли — высокий светловолосый парень с добрым лицом и темноволосая, как и все Блэки, девушка, держащая на руках совсем маленькую девочку, фиолетовые волосы которой горели ярким пятном на фотокарточке. Сириус аккуратно, чтобы не задеть остальные рамки фотографий и не повалить их, словно домино, достал нужную фоторамку и, улыбнувшись также изгнанной двоюродной сестре, учесть которой ему предстояло повторить, также аккуратно завернул фотографию в одну из теплых мантий, убрав ее на дно чемодана. Во втором сверху ящике оказалась волшебная палочка, заваленная испорченными вредноскопами и несколькими артефактами из магазина приколов в Хогсмиде — некоторые из которых издавали тихое жужжание, а один даже умудрился укусить нерасторопного Блэка за палец, когда тот попытался вытащить из всего этого хлама волшебную палочку.
— Твою ж мандрагору! — не успел он выругаться и осмотреть покусанную руку, как услышал за своей спиной шаги и голос, принадлежащий тому, кого гриффиндорец ожидал увидеть в данных обстоятельствах меньше всего, — Регулус? Что ты забыл в моей комнате? И вообще… — тут он понял, что совсем не слышал звука открывающейся двери и задумался, о каких талантах младшего брата он еще не успел (не хотел?) узнать, — …давно ты здесь?
Видимо, он так увлекся даже не сбором вещей, а всеми теми планами в голове о самостоятельной жизни без вечно недовольных поведением старшего сына и наследника родителей, что даже не заметил появления собственного брата, которого сейчас отделяла от него лишь широкая кровать с заваленными вещами чемоданом. Они никогда не были близки и, по правде сказать, во многом здесь была вина именно Сириуса — уж очень он винил брата в том, что казался на фоне его правильности и преданности семье настоящим проклятьем. Порой, он ненавидел его за постоянное исполнение всех возложенных надежд, порой не понимал. И, чего уж греха таить, порой завидовал младшему, получающему, как ему всегда казалось, все родительское внимание — пусть в этом никогда не признается даже самому себе. Но вот сейчас, увидев его в своей комнате, он просто оторопел, полностью забыв про пульсирующую боль в пальце и совершенно не зная, что чувствует. Совершенно не зная, что ответить на последний вопрос пятнадцатилетнего — все варианты почему-то казались заведомо неверными и неправильными.
— Мне разонравился мой портрет в гостиной, так что мы с матерью решили, что выжженное пятно будет смотреться куда лучше, — темноволосый постарался улыбнуться, но эта улыбка вышла уж больно кривой и фальшивой, — Только не говори, что будешь скучать по моим вечным милым разговорчикам с Вальбургой, от которых уши закладывает, — он тут же отвел глаза, начиная перекладывать вещи в чемодане, чтобы бесформенная гора мантий, рубашек и свитеров превратилась пусть не в самые аккуратные, но подобия рядов. Только сейчас он понял, что чувствует перед братом — и это была не ненависть или злоба. Сейчас он чувствовал себя виноватым за то, что бросает его в этом доме. Пожалуй, первый раз в жизни.

Отредактировано never die (18-07-2020 02:47:07)

0

23

HAVE YOU SEEN THESE WIZARDS?

http://forumfiles.ru/uploads/0015/df/7a/2/759215.gif http://forumfiles.ru/uploads/0015/df/7a/2/817137.gif http://forumfiles.ru/uploads/0015/df/7a/2/787849.gif

EUPHEMIA & FLEAMONT POTTER, 62 & 65
ЧИСТОКРОВНЫЕ — УЧЁНЫЕ-ЗЕЛЬЕВАРЫ-ИЗОБРЕТАТЕЛИ — RACHEL WEISZ & IAN GLEN

* * *
8:21 am. 1 сентября 1971 года.
Кентвелл Холл — семейный дом Поттеров, графство Саффлок, Англия.

— Джеймс Флимонт Поттер, если ты сейчас же не спустишься вниз, в Хогвартс ты отправишься только в следующем году, — голос Юфимии — как раскат грома в летнюю ночь — громко, страшно, но абсолютно безопасно. Юный Джеймс знает это. А ещё он знает, что сегодня первого сентября семьдесят первого года — первый день его становления (почти)полноценным волшебником. Он очень долго этого ждал (ему кажется, что целую вечность). И в итоге — получил. Письмо из Хогвартса, ворох учебников из Флориш и Блоттс, мантии, оловянный котёл, весы, какую-то «ерунду» (которую в дальнейшем Поттер именовать будет исключительно так), но самое главное — волшебную палочку. Сам факт наличия оной будоражил воображение Джеймса и ожидание от предстоящих перспектив было настолько невероятно велико, что он на две недели (практически) совершенно потерял сон.

Теперь же он упорно запихивал в чемодан всё, что должен был собрать неделей раньше (уточнение: именно запихивал). И это неудивительно: больше всего Джеймс не любил собираться куда-либо. Но поскольку он был «от и до» самостоятельным (иначе было нельзя), то вешать что-то на домашних эльфов (для него) — было запрещено. Благочестивая мадам Юфимия Флинт (при всей своей любви к единственному сыну) запретила Поттеру-джуниору строго-настрого приближаться с просьбами о чём-либо к Нокби, и за последние два года Джеймс наконец постиг все тонкости жизни без магической помощи (даже шнурки научился завязывать!).

— Джеймс Флимонт Поттер, если ты сейчас же.. — звук, который издавала liebe mutter становился похож на треск пикси, и у мелкого засранца (именно так называет его любимая и единственная кузина Бэтти-Бэтс) не оставалось никакого выхода, кроме как спуститься вниз (с наполовину застегнутым чемоданом, из которого вываливалось абсолютно всё). Пока он спускался по лестнице (по ну очень длинной), содержимое чемодана осталось на её ступенях практически полностью. Джеймс, конечно же, сей факт игнорировал, в надежде что кто-нибудь поможет (сделает это за него пару раз махнув палочкой).

Флимонт, стоявший внизу, в холле, как всегда, со снисхождением посмотрел на сына, внешний вид которого оставлял желать лучшего (как всегда). Через пару секунд в дверном проёме появилась и Юфимия, которая по мнению Джеймса в тот момент была готова его придушить, и он, конечно же, кинулся наверх со всех ног. Миссис Поттер же не побрезговала и ринулась за ним, ибо схватить Джима за ухо и тащить его по огромной многометровой лестнице попутно причитая и обещая сыну оставить его на улице, или ещё хуже в маггловском приюте — было её любимым хобби. В конце концов, она нагнала его прямо возле спальни, и с сопутствующей нотацией отправила собирать чемодан (в десятый раз).

Через час (а точнее пятьдесят шесть минут) Джеймс был наконец готов, и кое-как спустив последний чемодан вниз, как всегда, невероятно растрепанный и вовсе не собранный, стоял возле двери всем своим видом показывая недовольство: закатывать глаза у него получалось лучше всего (данный навык передался ему от Юфимии в полной мере). Через пару минут к нему присоединился Флимонт, за ним чинно шла liebe mutter , которая в своей привычной манере игнорировала тот факт, что её сын похож на кокни, но никак не на чистокровного волшебника. Поттер-старший достал палочку, Юфимия с Джеймсом с двух сторон взяли его за предплечья и уже через минуту они стояли на вокзале Кингс-Кросс.

Когда Поттер оказался на платформе девять и три четверти, он слегка опешил. Его окружали сотни детей и их родителей, чемоданов, сумок, клеток с животными и вообще всего, чего только возможно. Он глубоко вздохнул и направился к дальнему вагону, за ним же последовали родители, которые мечтали поскорее разобраться с этим и впервые за одиннадцать с половиной лет отдохнуть. Джеймс остановился у предпоследнего вагона и обернулся к родителям, дабы выдать очередную глупость или шутку. Конечно же он будет по ним скучать, чтобы он не говорил, Джим не представлял своей жизни без них (а они без него). И в тот момент, когда он подобно матушке хотел сострить, дабы показаться неэмоциональным и безучастным, он увидел лица отца и матери. Флимонт широко улыбался и еле сдерживал слёзы, Юфимия закрыла рот рукой дабы не зарыдать.

— Сын, куда бы тебя не распределили, мы будем тобой гордиться, — отец взял его за плечо и наклонился к нему, — ты же знаешь это? — затем не дождавшись ответа он крепко обнял его, так, как может обнять только отец своего единственного позднего ребенка, которого ждал многие годы. Миссис Поттер смотрела на это с умилением, которое всеми силами пыталась подавить, хмуря лоб и брови, но Джим, конечно же, это заметил и засмеялся.

— Джеймс Флимонт Поттер, если кто-то из преподавателей школы или, не приведи Мерлин, твой будущий декан пришлёт нам письмо с жалобами на тебя и твой скверный характер, я клянусь, что ты после рождественских каникул вместо Хогвартса ты отправишься в Дом Св. Освальда к столетней тётушке Беатрикс, который каждый день будешь напоминать историю семейства Поттер, все двенадцать известных поколений, пока она не вспомнит каждого, а она не вспомнит, потому что у неё амнезия! — Юфимия была настроена очень решительно, и не смогла удержаться от очередной угрозы в адрес строптивого сына. На Джеймса это, безусловно, не подействовало и он в привычной манере ухмыльнулся, быстро затолкал вещи в вагон, ненадолго скрылся из виду родителей и уже через минуту с довольной физиономией махал им из окна. А затем вовсе скрылся из их поля зрения.

Это был первый день (но не последний), когда все Поттеры наконец поняли, как много они друг для друга значат.


Небольшой вводный офф-топ: Флимонт и Джеймс — две противоположности, но противоположности, как известно, притягиваются. То, насколько старший Поттер любит своего сына, тяжело представить. Джеймс был невероятно желанным и безусловно долгожданным ребёнком. И, конечно же был избалован, но не матерью (на удивление), а отцом. Флимонт положил перед Джеймсом буквально целый мир на блюдце: детство его было совершенно беззаботным, он не был обременен учёбой (как многие другие дети), объездил полмира с родителями и имел всё, что хотел (у него даже крылатые пони были, ну серьёзно). Поттер старший сделал всё для единственного сына, который много лет (возможно) не замечал того, как сильно любит его отец. Однако Флимонта трудно назвать слишком мягким, он умеет быть решительным и даже строгим (очень), но, увы, Джеймс много лет не видел этой его стороны (и даже не подозревал о её существовании). Переломным моментом в их отношениях стало то, что Флимонт очень хотел, чтобы Джеймс отправился работать в Министерство (он видел в нём потенциал для тех же невыразимцев), однако после недолгой стажировки в мм, Джим решил, что это ему не по душе (и как всегда бросил дело, по сути, не начав). Поттер старший был, мягко говоря, расстроен, и, конечно же, конфликта с сыном было не избежать. Джеймс же заявил, что собирается стать звездой квиддича и, если нужно, откажется от наследства, фамилии и семьи. Это было ударом для обоих родителей. И если Юфимия быстро отошла от произошедшего, прекрасно зная, что Поттер младший долго не сможет играть в самостоятельного и взрослого, Флимонт же тяжело, но стойко переносил ссору с сыном и в течение полугода они не общались вовсе. Но, спустя время, безусловно, их отношениях наладились, благодаря Лили и немного Юфимии (под чьим руководством действовала юная мисс Эванс, пытаясь наладить отношения двух непримиримых сторон).


Заявка чистой воды экспромт, который изначально был зарисовкой, но тут важно лишь одно: Поттеры — это безусловная любовь и я готов стать проводником в классный, милый, смешной и немного драматичный хэдканон на них. Писать о Поттерах я могу бесконечно, есть и идеи для развития личных сюжетов, и то, как их можно включить в общую канву истории, есть и вариации заявок на других членов семейства (у Флимонта есть ещё два кузена через четыре колена с семьями и детьми; и да, они все очень близки!), которыми здорово будет обзавестись в рамках проекта. Пару основных и важных моментов: я дико не хочу менять внешности и пытаться искать альтернативы, но готов попробовать, если прям зайдёт общая картина (я сноб, но не больше, чем Флимонт). Но: у Глена и Туэйтса оооочень атмосферное «взаимодействие», поищите кадры из Титанов (там, где они Брюс и ДикДик), посмотрите и поплачьте вместе со мной (они очень крутые вместе, ну). Рейчел же чисто внешне просто очень схожа с Брентоном, и по моему хэду, именно в неё внешне пошел Джим (сразу скажу, что Вайс, вероятно, покажется молодой, но: волшебники стареют медленнее + Флимонт просто гений в разработке косметических зелий и, думается, что он всё сделал бы для любимой жены, которая невероятно печётся о сохранении своей молодости). Второй момент, это темп и то, чего хочется от игры: я готов побыть и быстрым, и улиточным, поиграть и в драмеди с чисто английским коленно-рефлекторным юмором, и поесть стекла — главное, заранее меня предупредить и быть максимально готовым к диалогу (что обещаю и со своей стороны). That's all. Жду невероятно, сильно и трепетно. Приходите! :Р

ПРИМЕР ИГРЫ

— Джеймс Поттер — восходящая звезда британско-ирландской лиги этого сезона просто разгромил в финале вратаря Гордости Портри под руководством своего капитана мисс Морган, с которой ему приписывают роман уже второй год подряд, правда ли... — Бэтти опустила газету, не смогла удержаться и захохотала, — Джимми, неужели она вообще смотрит в твою сторону? Где ты и где она. На фоне того же Монтегю, мне кажется, ты жутко проигрываешь!

Джеймс насупился и закатил глаза. Уже три недели, как он вернулся в Англию и три недели как прозябал в доме дядюшки Уилмота и тётушки Джозефины. Октябрь был сезоном охоты и Поттеры, по многовековой традиции, собирались в одном из семейных домов, что в графстве Сюррей, и проводили его совместно. Юфимия строго-настрого запретила сыну оставаться в лондонском доме — она прекрасно знала, что ничем хорошим это не закончится (по крайней мере раньше так и было; вспоминать про тот «случайно» испорченный портрет дедушки Никодемиуса, который в попытках скрыть улики перевесили аж на третий этаж, в надежде, что миссис Поттер не заметит подмены, не стоит — увы, обладая невероятным чувством интуиции матушка с порога поняла, что что-то случилось и за полторы минуты обнаружила пропажу, а вот что было дальше история умалчивает). Именно поэтому уже которое утро Джеймс завтракал в компании Бэтти и Ларри, которые по многолетней привычке пытались осадить младшего брата при каждом удобном случае.

— Джим, я бы на твоём месте воспользовался шансом и подогрел эти слухи, если ты понимаешь о чём я, — Лоуренс засмеялся в своей излюблено-мерзкой манере и тут уже и Элизабет, и Джеймс на пару закатили глаза. Старший из младших Поттеров иногда не видел границ и говорил то, что приходило ему в голову. Обычно его успешно останавливала (затыкала) Дорея, но в этом позднее утро они были в западной столовой лишь втроём. И в тот момент, когда Ларри открыл рот, чтобы продолжить свои условно «непристойные» намёки, Джеймс резко встал из-за стола.

— Я бы с радостью продолжил слушать ваше мнение о моей карьере и, тем более, о личной жизни, но! Мы поговорим об этом в следующий раз, когда ты, Ларри, займёшься чем-нибудь дельным кроме тренировки шишуг, а Бэтти наконец найдёт того, кто сможет вытерпеть её дольше десяти минут наедине и не сбежит при первом удобном случае. Хорошего дня! — скорость, с которой он покинул комнату, была феноменальной (быстрее он мог передвигаться, вероятно, только на метле). В холле он наткнулся на Чарлуса, но поспешно свернул направо, дабы избежать долгого разговора на темы весьма абстрактные (с ним вообще было очень трудно о чём-то разговаривать, потому что Чарлус просто-напросто не умел слушать). Через пару минут он оказался в своей просторной комнате в восточном крыле и увидев время на часах, которые пугали его всё детство (необъяснимо, но факт — у Джима с юных лет по какой-то странной причине образовалась тиктакофобия, и теперь он всеми силами избегал любые часы, тиканье которых слышно), понял, что он уже критически опаздывает. В эту пятницу они с командой должны были фотографироваться для обложки самого главного спортивного журнала Британии и (барабанная дробь) первой страницы Пророка. И Джеймс в своей излюбленной традиции опаздывал. Это никогда не было критически — обычно он мог задержаться на час (ну максимум на полтора), но сегодня... Сегодня был тот самый день, когда Джеймс Поттер, вероятнее всего, поплатился бы за свою несобранность и непунктуальность. Через полчаса кое-как он вышел на крыльцо дома и аппарировал в торговый квартал.

Октябрь был любимым месяцем Джеймса (и нелюбимым одновременно). И пока он стоял в конце Диагон аллеи, пытаясь вспомнить в какую сторону ему идти, резко вспомнил, что сегодня именно та пятница, в которую он должен встретиться с Лили. На минуту его обуяла паника — он был уверен, что всё это фотографирование затянется дольше чем на пару часов (Руби слишком привередлива к тому, как выглядит на снимках, а Вуд, дай бог, вообще явится на всё это мероприятие) и он несомненно опоздает ещё и на встречу с Эванс. Последние полгода они редко виделись — он пропадал на тренировках и матчах, Лили усердно проходила обучение и практику в Мунго и порой брала дополнительные ночные смены. Он старался выкраивать время (они оба на самом деле; но он по своей натуре искренне считал, что Эванс может освободится в любой момент и именно она должна подстраиваться под его график) и перед каждой игрой посылал ей билеты на лучшие места (в надежде, что она придёт его поддержать), но увы. На деле, она быстро поняла, что ей не место на трибунах — Джеймс тонул в толпах фанатов после матча, раздавал автографы, фотографировался и отмечал победу (чаще всего победу; в сезоне 78/79 они поднялись с девятого места на первое, что стало событием для всего британского квиддича) с командой, и для Лили во всём этом места не было. И как бы он не хотел видеть её рядом, как бы она ни хотела не быть одна в дождливом Лондоне, они оба понимали (он, увы, только в глубине души, потому что он очень редко признаёт вещи такого рода), что дальше так продолжаться дальше не может.

С мыслей его сбил Гримстоун, который буквально пнул Джима под зад с криком о том, что его ждут все (даже Вудди соизволил прийти вовремя; да боже, как же так!). И Поттер резвым шагом под громогласную нотацию своего менеджера отправился в офис на трёхчасовую съёмку. Всё проходило гладко (относительно, где-то через час у обоих Оллертонов началась истерика, Морган была морально вымотана, а Джим вместе с Джонсон курили её самокрутки на лестнице, пока «отец» (именно так они прозвали менеджера Торнадос скорее в шутку, потому что отец из него был никудышный — ходили слухи, что он бросил трёх или четырёх беременных девушек на произвол судьбы) пытался привести всех в чувства.

— Как там Лили? — Джонсон и Поттер учились на одном курсе, но на разных факультетах и знакомы были с того момента, как попали в школьные сборные; в последствии оказалось, что только она могла составить ему достойную конкуренцию на поле, а затем стать лучшим тиммейтом (Монтегю, без обид). И да, она была в курсе большей части его перипетий с Эванс, ибо иногда Джеймс был невероятно глуп и беспомощен в плане любых межличностных отношений (особенно с прекрасным полом; особенно с Лили). Советы она, конечно же, давать не решалась, но всегда могла направить мысли Джима в нужное русло (не как Л., но всё же).

— Я должен был встретиться с ней сорок минут назад, но Гримстоун сказал что, если я уйду, дисквалифицирует меня на полгода, а то и до конца игрового сезона. И не даст мне расторгнуть контракт. Ну и ты знаешь, что только здесь он сдерживает обещания, — Поттер нервно усмехнулся, пожал плечами и иронично добавил, — я не уверен, что вообще могу сдвинуться с места без его разрешения, хотя что мне терять, если он увидит, что мы курим, а не пытаемся успокоить бедную Руби...

Они оба громко засмеялись и вернулись ко всем. Джеймс дал себе слово, что пробудет здесь ещё ровно полчаса и обязательно найдёт предлог, чтобы поскорее уйти (он надеялся, что Лили догадается зайти в ближайшее кафе или паб и не будет стоять на холоде). В течение этого получаса все наконец-таки собрались. Но! Волшебным образом кто-то принёс сливочное пиво (пару ящиков), и через час мысли Поттера не путались, но были совершенно не там и не с той, которая ждала его уже точно больше положенного. Опомнился он только к 11, когда ужасные тикающие часы на стене в коридоре издали резкий звук обозначив условное начало ночи. Первой его мыслью было то, что он знатно проебался (именно проебался). По его примерным подсчётам Эванс ждала его примерно три с половиной часа (если не больше). И схватив пальто, он выскочил на улицу (не прощаясь, в надеждах, что уже изрядно пьяный менеджер этого не заметит) и быстрее, чем утром он пытался ретироваться от надоедливых родственников, зашагал к Горизонтальной аллеи, где всё это время должна была быть Лили.

В голове он держал сотню извинений, тысячу оправданий и миллион вариантов того, что может вообще его ждать. В лучшем варианте — Эванс обидится, но простит его через пару дней, в худшем... О худшем он думать не хотел, но знал, чем это всё могло закончиться. Скандал назревал уже давно и Джеймс, хоть и не любил спорить с Лили, но иногда был вынужден это делать. А иногда был вынужден молчать. И это второе иногда должно было настать именно сейчас. В конце аллеи он увидел скамейку, а на ней маленькую девочку, которая безусловно бы уже покрылась сугробом снега (если бы сейчас шёл снег). На фоне Поттера, она всегда выглядела маленькой (но не хрупкой; Лили всегда была той, кто может за себя постоять и никогда не производила впечатление слабой, наоборот — именно это Джиму всегда в ней и нравилось): в начале шестого курса он резко вытянулся, став выше её на две головы, а сейчас вовсе выглядел условным великаном на её фоне. Но несмотря на то, что она была во всех смыслах малышкой (очень редко он позволял себе её так называть, что ей безумно не нравилось), сейчас она выглядела достаточно грозно (даже немного пугающе). И по мере того, как Джеймс приближался к ней, понимал, что лучше бы она просто ушла, не став дожидаться его на холоде всё это время. И его ждала даже не нотация, Эванс собиралась отчитать его и максимально пристыдить (как это умела делать только она; даже матушке такое было не под силу). Он не был готов к тому, что она сорвётся на него таким образом. И поэтому вместо того, чтобы по привычке ёрничать и высоко задирать нос, на удивление замялся не зная, что он должен сказать.

— Лили, я всё готов объяснить, у нас была фотосессия в Пророке и ты же знаешь, что каждый раз происходит чёрт пойми что… И я правда помнил! Я даже заказал тебе пирожных, твоих любимых лимонных пирожных у Фортескью, но я не успел их забрать. Но, я готов вломиться туда прямо сейчас ради тебя, даже если меня арестуют и посадят в Азкабан на 12 лет, правда. Проси чего хочешь, я на всё готов чтобы загладить свою вину. Мне правда очень жаль, что так получилось, — он глубоко вздохнул и его брови изогнулись для максимально эффектного грустного взгляда с нотками извинений, сожалений и бесконечной преданности. Но он не был уверен (предполагал по большей части), что от условной казни (палачом на которой он стал сам) «щенячьи глаза» (которые он в своё время перенял то ли у Сириуса, то ли у Ремуса) его спасут.

Однако, вряд ли Джеймс был готов к тому, что ждало его впереди.

0

24

неактуально

HAVE YOU SEEN THESE WIZARDS?

https://66.media.tumblr.com/d604f8a0695efc25038a4a5417bfd1b7/tumblr_inline_p7whi4NnVe1uy9est_250.gif https://66.media.tumblr.com/1e61c31590f1043a34ea3c0133477428/tumblr_inline_p7whjdcn2i1uy9est_250.gif

waiting for ex-wife

fc: rachel brosnahan only

ты слишком высоко ценишь себя, свои прихоти, желания. всегда с иголочки, будто кукла, которую только сняли с полки.
не единого замечания, порой он ловил себя на мысли, что живет с той, у кого нет чувств. с каждым годом их брака, полли отдалялась. лишь однажды дала волю эмоциям, бросая в мужа все, что попадется под руку.
для справки, они не разводились, она попросту собрала вещи, набросала записку и скрылась в неизвестном направлении, хотя он предполагал, что она умотала к матери во францию.
что изменилось за пять лет? стала ли она больше пить и имеет ли страсть к мундштуку и тоненьким сигареткам?
обрела ли она покой? возможно, явилась за разводом?или у нее остались незавершенные дела?
а может, волшебница наконец поняла, что пора жить сегодняшний днем и хватит уже играть роль?
// отыграно, как она вернулась обратно за разводом.
// в планах было нападение на острова и полное ее понимание, что она чуть не потеряла мужа и, возможно, необходимо дать ему второй шанс. или дать себе?


- чистокровная, француженка, выросшая в англии с гранд_ма.
- карьеру можно выбрать самостоятельно, я бы хотел, чтобы она была связана с международными связями с общественностью.
- они всегда были слишком разные с уэлом, он большой и противный медведь, а она легкая и яркая бабочка.
в итоге он ее растоптал, а она собрав остатки гордости уехала от греха подальше.
- с удовольствием обеспечу игрой в прошлом, когда в их браке, было еще как-то шатко_гладко.
- в данный момент, что происходит между ними, обязательно обсудим, отыграем и решим.
- предупреждение, за ее отсутствие в пять лет, у него много изменилось в жизни, как и взгляды на то, что между ними произошло.

Отредактировано never die (09-09-2020 14:44:59)

0

25

HAVE YOU SEEN THIS WIZARD?

http://forumfiles.ru/uploads/0015/df/7a/2/165389.gif http://forumfiles.ru/uploads/0015/df/7a/2/164291.gif

FABIAN PREWETT, 40 *
ЧИСТОКРОВНЫЙ — СТАРШИЙ ХИТ-ВИЗАРД [ДЕПАРТАМЕНТ МАГ. ПРАВОПОРЯДКА] — SAM HEUGH

Фабиан теряет жену, когда их дочери исполняется десять. Боль от потери он не глушит в стакане, не забывает про малышку Л., не ломает и не крушит теперь уже пустые комнаты. Фабиан спокоен, но на деле безутешен. Та, которая много лет делала его лучше, чем он есть, прощала ему недостатки и слабости, становится призраком в их небольшом коттедже в Кембридже. Тут теперь слишком пусто для них двоих. Фабиан собирает вещи, забирает дочь, запирает дом и обещает себе никогда сюда не возвращаться. Боль от потери не утихает много лет. И всё это время он обещает себе оставаться тем, кого когда-то полюбила та самая женщина, которая сделала его самым счастливым на земле.

Но порой, он забывает об этом. Желание отомстить — застит глаза, туманит сознание. Фабиан, спокойный и размеренный, строгий и терпимый, становится диким зверем, запертым в клетке, запертым в самом себе. Порой то, насколько он сдержан — поражает, но ещё чаще — пугает. Он держит себя слишком сильно, не умеет отпускать (выпускать) на волю. И как бы он не пытался все эти годы стать свободным от собственных страхов и боли — не выходит. Он не собирается больше вести кого-то под венец, на женщин не смотрит — каждая напоминает ему её: светлые волосы и серые глаза. Фабиан уверен: никто не сможет заменить Л. мать, а ему самому — жену. Никто не сможет любить его сильнее, чем она. Фабиан ошибается.

Минерва тоже хоронит того, кого любила сильнее, чем кто-то может представить. И так же когда-то клялась быть одна до конца её дней. Строгая мантия, тёмные кудри, собранные в пучок, и старые очки — она пытается спрятаться за образом (созданным когда-то) и сотни недель выстраивает стену вокруг себя. Минерва не хочет, чтобы вновь было так же больно. Не потому, что боится впустить и отдать своё сердце (снова), а потому что не хочет больше терять и стоять над белым гробом в чёрном узком платье, терпеть до скрежета зубов и не лить слёзы дни напролет. Минерва может сохранять спокойствие. Но она так же безутешна и несчастна, как и он.

Когда их сталкивает случай, они в упор друг друга не видят, как всегда, руководствуясь не разумом, а чувствами. Но со временем, становится ясно — боль утихает, когда они рядом. Когда он держит её за руку, когда она гладит его по голове. Спустя время, они становятся неделимым (целым). По сути — их разделяет дорога в примерно в милю, что тянется от Хогвартса до Хогсмида, в котором он покупает дом, чтобы быть ближе к дочери, и конечно же к ней. Они не дают клятв и обещаний — они им совершенно не нужны лишь потому, что здесь и так всё понятно, без лишних объяснений и слов. Они вместе, и это даёт им обоим надежду (снова). Утерянную любовь нельзя вернуть, но это лучше, чем не узнать каково это вовсе.


Подытоживая сказанное выше: это история о том, что когда заканчивается первая любовь, жизнь не заканчивается. Такие разные, но такие поразительные во всех смыслах, наполненные трагизмом и зыбким счастьем на двоих. Что-то, что начиналось как поддержка и понимание, превратилось в любовь. Не первую, но, возможно, для обоих последнюю.
Фабиана очень ждём, игрой обеспечим, залюбим, не до смерти, надеюсь, но если захотите пойти каноничным путем, есть мысль, как красиво это сыграть. Но пока ещё рано на тот свет собираться, тут ещё дел полно.

и небольшой офф-топ от Фрэнка (который идейный вдохновитель всей этой грустной и красивой истории): я боюсь назвать точное число своих идей и хэдов по поводу Фабиана (да и Пруэттов в общем), но! я клянусь, что не буду заставлять вас их играть, если они не зайдут (на это есть Минерва, хех). у Фабиана очень крутые (во всех смыслах) перспективы в игре: у меня есть небольшой поворот с его исчезновением на n-ое время в настоящий момент и возвращением, всё это можно отыграть и в личном сюжете, и в глобальном заставив весь Орден переживать и пить успокоительные зелья. сиблинги Пруэтт — одни из самых интересных персонажей лично для меня в каноне и я давно мечтал отодвинуться от того, к чему мы все привыкли и найти новый путь и историю для них, а благодаря Минерве и её любви к рыжему Сэму (который просто рождён для того, чтобы сыграть кого из Пруэттов-Уизли в экранизации) у нас получился классный концепт, который мы полюбили всем сердцем. просто собирайте вещи и приходите! Фабиана ждём не только мы, его ждут все ♥

ПРИМЕР ИГРЫ

Удержаться от закатывания глаз очень трудно, совсем не аристократический жест, не подходящий для леди. Но назвать Минерву леди нельзя, она ею никогда не была, не собиралась становиться. Может, права Поппи, когда зовет подругу романтическим бревном, правда, это касалось отношений МакГонагалл с мужчинами: по мнению все той же Поппи, даже кухонный стол имел больше перспектив устроить свою личную жизнь, чем женщина-кошка. Как не откусить голову, так послать на чистейшем гэльском могла, не стесняясь в том, что думает. Нет, ну серьезно, тратит время на что? На бесплодные попытки Элфи в кафе у Паддифут — Мерлин, от того количества розового тошнило совсем не иллюзорно — позвать в который раз замуж? Последние годы ни один День Святого Валентина без этого не обходился, Минерва с ужасом ждала новый год, новый праздник, новое предложение, чтобы отказать, и совсем не потому, что не любит. Любит. Просто любовь у нее странная, а сейчас и дел по горло, и школьные дети, и тяжелый разговор о том, что детей у нее самой никогда не будет. Может, Элфи и знал, по долгу службы, ведь это случилось незадолго до ухода из ДОМП. И об том Минерва не думала, не вспоминала.
Чтобы не было мучительно больно.
— Приходи работать к нам в школу, расширишь свой запас матерных слов на родном языке, поверь, и недели не пройдет, — ехидно парирует МакГонагалл.
И ведь не лжет ни капли. Работа с детьми и не такому научит, в самом Аврорате Минерва не знала столько эпитетов, скольким ее научили выходки буйных школьников, за которыми приходилось как-то следить. Так что приглашение звучит весьма искренне, почти что приветливо, если не всматриваться в лицо профессора. Она сдувает раздраженно упавшие на глаза вьющиеся пряди — кто бы знал, как девочка Минни ненавидела свои кудри, тугие, как пружина, не зачесать нормально, не расчесать, пусть и красивые, пусть и здоровые, а все равно рука до сих пор каждый раз тянется к ножницам, отрезать к дракловой матери и забыть. Вот что с ними делать, они выбились из строгой на первый взгляд прически, безобразно превращают строгую заместительницу директора школы магии в лет на десять моложе с горящим взглядом?
Но настает черед листовок. В душе вспыхивает недостойное чувство удовлетворения. А что, только ей должно быть до этого дело? Добраться до Альбуса, который снова в своих высших эшелонах сферы познания бродит, не вышло, значит, за него отдуваться неподдельным беспокойством Аластор, думать вместе с Минервой, что с этим всем делать.
— О, я вот тоже хочу знать, чьих это рук дело, но увы, они не подписались. И Альбусу я тоже много-много-много раз говорила.
Минерва подтягивает к себе ближайший стул, на который и опускается. Напряжение чуть спадает от того, что это не только ее проблема, в голове начинают роиться мысли, требуют анализа ситуации. Острые ногти постукивают по столу, выдох, надо, наверное, думать вслух:
— Я сначала тоже решила, что это кто-то из наших, но пока мчалась сюда, успела отказаться от этого варианта. Ну, подумай сам, Аластор, какой суицидник за такое возьмется, — кончик палочки стреляет искрой пламени, листовка тут же ярко начинает гореть, при этом не обжигая стола, на котором лежит. Минерва поджимает губы, прячет палочку и вздыхает: — Это было бы слишком просто для нас и слишком плохо для виновника, его бы ждало исключение из Ордена, а затем обливейт, который мог еще и дорогие сердцу воспоминания, связанные тонкими нитями с Орденом, прихватить. Так что нет, не думаю, что это кто-то из своих. Но кто-то точно пытается скомпрометировать нас, и начинает он это делать именно со школы, где удар будет весьма ощутимым. Представь, как взовьется возмущением попечительский совет, мы же не может защитить детей от постыдного влияния противоборствующих сторон.
И в чем-то совет будет прав — они не могут, как ни пытаются. Минерва против любой вербовочной политики партии в школе, но если ОФ этого придерживается, не рискуя спорить с женщиной, способной трансформировать спорщика в табуретку, то с пожирателями же не договоришься. Знала бы, с кем договариваться, и войны бы уже не было.

0

26

HAVE YOU SEEN THIS WIZARD?

http://forumfiles.ru/uploads/0015/df/7a/2/393121.gif http://forumfiles.ru/uploads/0015/df/7a/2/652683.gif

LAURENCE 'LARRY' POTTER, 29
ЧИСТОКРОВНЫЙ — ПИСАТЕЛЬ С ПРЕТЕНЗИЕЙ НА ГЕНИАЛЬНОСТЬ — CALLUM TURNER

Объявление о розыске размещено мисс Э. Поттер и мистером Дж. Потерром и оплачено средствами разыскиваемого, а точнее его гонорарами от бестселлеров «Родилась, не вышла замуж, умерла: история последней старой девы» и «Как потерять и без того худой ум на квиддичном поле». Все персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно (на самом деле нет).


Дорогой Ларри, писать тебе письма стало невыносимо, но более невыносимо получать от тебя ответы, чтение которых занимает весь мой день. Прости, но это моё последнее письмо и я был бы готов закончить его прямо сейчас, если бы не страшная сплетня, которая может обернуться трагедией! Ходит слух, что наша любимая кузина Бэтти собирается выйти замуж. Однако за кого до сих пор остаётся страшной тайной. Срочно возвращайся домой, с этим надо что-то делать!

JFP, 17 июля 1974 года

Таких писем, Лоуренс, ты получил с десяток за тот год. Как только ты выходил за порог дома и не приведи бог, отправлялся на берега полупустого Уэльса (а ещё хуже — на материк) в поисках вдохновения, и Бэт, и тем более я, закидывали тебя письмами, посылками (даже парочка громовещателей была), потому что без тебя всё точно было бы напрасно. Почему? Ты всегда был отправной точкой нас всех — первый из последних, истинный Поттер, истинный британец и, главное, истинный сноб. Гордость родителей и, пожалуй, последняя надежда почти угасшего семейства. А мы с Лиз изначально были обречены на провал и запрограммированы дабы разрушить многовековые семейные традиции. И всё из-за тебя, Ларри! Во всём виноват именно ты!

Ты всегда был слишком идеальным. Прилежно учился, держал спину ровной и даже пытался жениться на чистокровной (умолчим почему этого не произошло), чтобы спасти всех нас от того, что тётушка Дорея называла (и не называет по сей день) «неизбежной гибелью и вечным позором». Ты был примером, который родители ставили перед нами как идеал, достижимый, но далёкий. И хоть Бэтти и росла с тобой, в какой-то мере ты был для неё авторитетом (говорить про меня не стоит вовсе, и так всё понятно). Но всё изменилось, когда ты решил, что хочешь писать книги. Чарлус, полной копией коего ты являешься, конечно же, в своей излюбленной манере промолчал, но твоя ma, урождённая Блэк, рвала и метала лепестки ужасных гербер по всему дому, пока ты его не покинул в первый, но не в последний раз.

Конечно же, со временем всё успокоилось. Никто не стал бы стирать твоё имя с семейного древа и тем более прекращать отстёгивать тебе удвоенное содержание каждый месяц. «Всё для того, чтобы любимый сын себя нашёл! Возможно, со временем он образумится...». Но ты даже не думал. В какой момент тебе в голову пришло писать псевдоинтеллектуальные книжки, которые к тому же стали бестселлерами — никто не знает. Лиз говорит, что ничего тошнотворнее и глупее в жизни не читала, я же оправдываюсь тем, что мне складывать буквы в слова вовсе не дано. А твои родители вне себя от счастья теперь, когда Лоуренс Поттер «украшает» обложку декабрьского Ведьмополитена с громким заголовком «Последний из рода Поттеров: первый среди самых завидных женихов». Но когда-нибудь, Лори, это всё закончится. И ты поймёшь, что твоей вины в твоей идеальности нет. Знаешь почему?

Потому, что ты не идеальный. Ты любишь ужасные твидовые костюмы-тройки, круглый день дрессировать шишуг и намазывать масло на джем. И что тут идеального, а? Так что пожалуйста, не преувеличивай своих заслуг. И женись наконец, пожалуйста. Потому что я «спасать» Поттеров от позора не собираюсь.

(Слукавлю, если не скажу, что идеальный из нас всех я,
но Бэтс обязательно скажет, что это не так и она всех лучше).


Ларри — потерянное звено, недостающий элемент в экосистеме Поттеров и самый важный человек на земле (нет (да (мы не уверены))). Писать о нём можно (и хочется) бесконечно, но мы с Лиз решили ограничится небольшой завязкой и рассказать все шутки лично! Самое главное: Лоуренс — последний не замаравший себя наследник и надежда Поттеров на существование как чистокровного семейства, поэтому мы очень надеемся, что он оправдает наши ожидания и повторит наш с Бэтти путь от золотого ребёнка до «fukin' Potter, again». То, что мы обещаем бескрайнюю любовь везде и во всём — даже не обговаривается. Поттеры — связаны до конца своих дней очень прочными узами и ценят друг друга абсолютно (но это не отменяет шуток Ларри, сарказма Бэтс и моего закатывания глаз и ехидных замечаний, и постоянных родительских упрёков со всех сторон). Лоуренс на данный момент очень свободная птица в плане сюжета (общего и личного) и из него можно получить всё, что угодно: и стекла поесть, из шутки пописать, и немножко позлодейстсвовать (в рамках разумного) — главное, не забывать, что Поттеры — любовь, а на всём остальном мы не настаиваем, ни разу. От себя обещаем стандартный набор обнимашек, мильон классных завязок и умение вести, как минимум, разумный диалог. Ждём очень!

ПРИМЕР ИГРЫ

— Джеймс Поттер — восходящая звезда британско-ирландской лиги этого сезона просто разгромил в финале вратаря Гордости Портри под руководством своего капитана мисс Морган, с которой ему приписывают роман уже второй год подряд, правда ли... — Бэтти опустила газету, не смогла удержаться и захохотала, — Джимми, неужели она вообще смотрит в твою сторону? Где ты и где она. На фоне того же Монтегю, мне кажется, ты жутко проигрываешь!

Джеймс насупился и закатил глаза. Уже три недели, как он вернулся в Англию и три недели как прозябал в доме дядюшки Уилмота и тётушки Джозефины. Октябрь был сезоном охоты и Поттеры, по многовековой традиции, собирались в одном из семейных домов, что в графстве Сюррей, и проводили его совместно. Юфимия строго-настрого запретила сыну оставаться в лондонском доме — она прекрасно знала, что ничем хорошим это не закончится (по крайней мере раньше так и было; вспоминать про тот «случайно» испорченный портрет дедушки Никодемиуса, который в попытках скрыть улики перевесили аж на третий этаж, в надежде, что миссис Поттер не заметит подмены, не стоит — увы, обладая невероятным чувством интуиции матушка с порога поняла, что что-то случилось и за полторы минуты обнаружила пропажу, а вот что было дальше история умалчивает). Именно поэтому уже которое утро Джеймс завтракал в компании Бэтти и Ларри, которые по многолетней привычке пытались осадить младшего брата при каждом удобном случае.

— Джим, я бы на твоём месте воспользовался шансом и подогрел эти слухи, если ты понимаешь о чём я, — Лоуренс засмеялся в своей излюблено-мерзкой манере и тут уже и Элизабет, и Джеймс на пару закатили глаза. Старший из младших Поттеров иногда не видел границ и говорил то, что приходило ему в голову. Обычно его успешно останавливала (затыкала) Дорея, но в этом позднее утро они были в западной столовой лишь втроём. И в тот момент, когда Ларри открыл рот, чтобы продолжить свои условно «непристойные» намёки, Джеймс резко встал из-за стола.

— Я бы с радостью продолжил слушать ваше мнение о моей карьере и, тем более, о личной жизни, но! Мы поговорим об этом в следующий раз, когда ты, Ларри, займёшься чем-нибудь дельным кроме тренировки шишуг, а Бэтти наконец найдёт того, кто сможет вытерпеть её дольше десяти минут наедине и не сбежит при первом удобном случае. Хорошего дня! — скорость, с которой он покинул комнату, была феноменальной (быстрее он мог передвигаться, вероятно, только на метле). В холле он наткнулся на Чарлуса, но поспешно свернул направо, дабы избежать долгого разговора на темы весьма абстрактные (с ним вообще было очень трудно о чём-то разговаривать, потому что Чарлус просто-напросто не умел слушать). Через пару минут он оказался в своей просторной комнате в восточном крыле и увидев время на часах, которые пугали его всё детство (необъяснимо, но факт — у Джима с юных лет по какой-то странной причине образовалась тиктакофобия, и теперь он всеми силами избегал любые часы, тиканье которых слышно), понял, что он уже критически опаздывает. В эту пятницу они с командой должны были фотографироваться для обложки самого главного спортивного журнала Британии и (барабанная дробь) первой страницы Пророка. И Джеймс в своей излюбленной традиции опаздывал. Это никогда не было критически — обычно он мог задержаться на час (ну максимум на полтора), но сегодня... Сегодня был тот самый день, когда Джеймс Поттер, вероятнее всего, поплатился бы за свою несобранность и непунктуальность. Через полчаса кое-как он вышел на крыльцо дома и аппарировал в торговый квартал.

Октябрь был любимым месяцем Джеймса (и нелюбимым одновременно). И пока он стоял в конце Диагон аллеи, пытаясь вспомнить в какую сторону ему идти, резко вспомнил, что сегодня именно та пятница, в которую он должен встретиться с Лили. На минуту его обуяла паника — он был уверен, что всё это фотографирование затянется дольше чем на пару часов (Руби слишком привередлива к тому, как выглядит на снимках, а Вуд, дай бог, вообще явится на всё это мероприятие) и он несомненно опоздает ещё и на встречу с Эванс. Последние полгода они редко виделись — он пропадал на тренировках и матчах, Лили усердно проходила обучение и практику в Мунго и порой брала дополнительные ночные смены. Он старался выкраивать время (они оба на самом деле; но он по своей натуре искренне считал, что Эванс может освободится в любой момент и именно она должна подстраиваться под его график) и перед каждой игрой посылал ей билеты на лучшие места (в надежде, что она придёт его поддержать), но увы. На деле, она быстро поняла, что ей не место на трибунах — Джеймс тонул в толпах фанатов после матча, раздавал автографы, фотографировался и отмечал победу (чаще всего победу; в сезоне 78/79 они поднялись с девятого места на первое, что стало событием для всего британского квиддича) с командой, и для Лили во всём этом места не было. И как бы он не хотел видеть её рядом, как бы она ни хотела не быть одна в дождливом Лондоне, они оба понимали (он, увы, только в глубине души, потому что он очень редко признаёт вещи такого рода), что дальше так продолжаться дальше не может.

С мыслей его сбил Гримстоун, который буквально пнул Джима под зад с криком о том, что его ждут все (даже Вудди соизволил прийти вовремя; да боже, как же так!). И Поттер резвым шагом под громогласную нотацию своего менеджера отправился в офис на трёхчасовую съёмку. Всё проходило гладко (относительно, где-то через час у обоих Оллертонов началась истерика, Морган была морально вымотана, а Джим вместе с Джонсон курили её самокрутки на лестнице, пока «отец» (именно так они прозвали менеджера Торнадос скорее в шутку, потому что отец из него был никудышный — ходили слухи, что он бросил трёх или четырёх беременных девушек на произвол судьбы) пытался привести всех в чувства.

— Как там Лили? — Джонсон и Поттер учились на одном курсе, но на разных факультетах и знакомы были с того момента, как попали в школьные сборные; в последствии оказалось, что только она могла составить ему достойную конкуренцию на поле, а затем стать лучшим тиммейтом (Монтегю, без обид). И да, она была в курсе большей части его перипетий с Эванс, ибо иногда Джеймс был невероятно глуп и беспомощен в плане любых межличностных отношений (особенно с прекрасным полом; особенно с Лили). Советы она, конечно же, давать не решалась, но всегда могла направить мысли Джима в нужное русло (не как Л., но всё же).

— Я должен был встретиться с ней сорок минут назад, но Гримстоун сказал что, если я уйду, дисквалифицирует меня на полгода, а то и до конца игрового сезона. И не даст мне расторгнуть контракт. Ну и ты знаешь, что только здесь он сдерживает обещания, — Поттер нервно усмехнулся, пожал плечами и иронично добавил, — я не уверен, что вообще могу сдвинуться с места без его разрешения, хотя что мне терять, если он увидит, что мы курим, а не пытаемся успокоить бедную Руби...

Они оба громко засмеялись и вернулись ко всем. Джеймс дал себе слово, что пробудет здесь ещё ровно полчаса и обязательно найдёт предлог, чтобы поскорее уйти (он надеялся, что Лили догадается зайти в ближайшее кафе или паб и не будет стоять на холоде). В течение этого получаса все наконец-таки собрались. Но! Волшебным образом кто-то принёс сливочное пиво (пару ящиков), и через час мысли Поттера не путались, но были совершенно не там и не с той, которая ждала его уже точно больше положенного. Опомнился он только к 11, когда ужасные тикающие часы на стене в коридоре издали резкий звук обозначив условное начало ночи. Первой его мыслью было то, что он знатно проебался (именно проебался). По его примерным подсчётам Эванс ждала его примерно три с половиной часа (если не больше). И схватив пальто, он выскочил на улицу (не прощаясь, в надеждах, что уже изрядно пьяный менеджер этого не заметит) и быстрее, чем утром он пытался ретироваться от надоедливых родственников, зашагал к Горизонтальной аллеи, где всё это время должна была быть Лили.

В голове он держал сотню извинений, тысячу оправданий и миллион вариантов того, что может вообще его ждать. В лучшем варианте — Эванс обидится, но простит его через пару дней, в худшем... О худшем он думать не хотел, но знал, чем это всё могло закончиться. Скандал назревал уже давно и Джеймс, хоть и не любил спорить с Лили, но иногда был вынужден это делать. А иногда был вынужден молчать. И это второе иногда должно было настать именно сейчас. В конце аллеи он увидел скамейку, а на ней маленькую девочку, которая безусловно бы уже покрылась сугробом снега (если бы сейчас шёл снег). На фоне Поттера, она всегда выглядела маленькой (но не хрупкой; Лили всегда была той, кто может за себя постоять и никогда не производила впечатление слабой, наоборот — именно это Джиму всегда в ней и нравилось): в начале шестого курса он резко вытянулся, став выше её на две головы, а сейчас вовсе выглядел условным великаном на её фоне. Но несмотря на то, что она была во всех смыслах малышкой (очень редко он позволял себе её так называть, что ей безумно не нравилось), сейчас она выглядела достаточно грозно (даже немного пугающе). И по мере того, как Джеймс приближался к ней, понимал, что лучше бы она просто ушла, не став дожидаться его на холоде всё это время. И его ждала даже не нотация, Эванс собиралась отчитать его и максимально пристыдить (как это умела делать только она; даже матушке такое было не под силу). Он не был готов к тому, что она сорвётся на него таким образом. И поэтому вместо того, чтобы по привычке ёрничать и высоко задирать нос, на удивление замялся не зная, что он должен сказать.

— Лили, я всё готов объяснить, у нас была фотосессия в Пророке и ты же знаешь, что каждый раз происходит чёрт пойми что… И я правда помнил! Я даже заказал тебе пирожных, твоих любимых лимонных пирожных у Фортескью, но я не успел их забрать. Но, я готов вломиться туда прямо сейчас ради тебя, даже если меня арестуют и посадят в Азкабан на 12 лет, правда. Проси чего хочешь, я на всё готов чтобы загладить свою вину. Мне правда очень жаль, что так получилось, — он глубоко вздохнул и его брови изогнулись для максимально эффектного грустного взгляда с нотками извинений, сожалений и бесконечной преданности. Но он не был уверен (предполагал по большей части), что от условной казни (палачом на которой он стал сам) «щенячьи глаза» (которые он в своё время перенял то ли у Сириуса, то ли у Ремуса) его спасут.

Однако, вряд ли Джеймс был готов к тому, что ждало его впереди.

Отредактировано never die (12-08-2020 00:14:15)

0

27

HAVE YOU SEEN THIS WIZARD?

https://64.media.tumblr.com/856503b1bb1e34fd180f98048b449d9e/tumblr_inline_osxze0xTKX1rifr4k_540.gif https://64.media.tumblr.com/10bceaca95c0ff323aa31f905fdc913f/tumblr_inline_osxzebBgPL1rifr4k_540.gif https://64.media.tumblr.com/70415d9351b8e4f2210099291be622b4/tumblr_inline_osxze8LCz71rifr4k_540.gif

POMONA SPROUT, 43-44
ЧИСТОКРОВНА/ПОЛУКРОВНА — ДЕКАН ХАФФЛПАФФА, ПРОФЕССОР ГЕРБОЛОГИИ — HAYLEY ATWELL

[indent] Мы познакомились в Хогвартс-экспрессе, и с самой первой минуты поняли, что нам суждено стать подругами. К концу поездки мы достали всех соседей по куп е, ты чуть не выпала из лодки и очень хотела попасть на Хафлпафф. И попала. Ты словно создана для барсучьего факультета: весёлая, добрая, тянешь я к природе, всех готова любить и привечать. Я завидовал твоей открытости, мне этого не хватало, хотя все мы тогда были совершенно другими.
[indent]  Ты закончила Хогвартс, осталась там помощником профессора гербологии. Теплицы, вот что было для тебя важным. Стеклянные домики, полные трав, из которых студенты едва ли половину запоминали, а ты знала их все. В перспективе ты могла стать профессором, но пока об этом не задумывалась, директор Диппет и его гвардия все ещё заправляли школой. Последующие два года мы с тобой почти не общались. По моей вине. У тебя было солнце каждый день, упорядоченная жизнь в Хогсмиде, работа в Хогвартсе, жених, у меня — конфликты, сложности и непонимание, одиночество после расставания с Дугалом и не готовность открыть душу новому чувству. Казалось, мы никогда не вернёмся к той тёплой дружбе, от которой дрожали стены старого замка — Шляпа хоть и старая рухлядь, но не дура, точно знала, что на один факультет нас нельзя, мы ж все уроним. Но потом сменился директор.
[indent]  Первое, что сделал Дамблдор, назначил тебя профессором гербологии. Чуть позже и меня вернул в школу. Ещё несколько месяцев я сохраняла дистанцию, будто планировала сбежать — так и было. Но осталась. И вот тогда мы обе осознали, как скучали без нашего общения, сплетен и волшебного чая. Такой умеешь заваривать только ты.
[indent]  Наша дружба длится годами. Растянулась, кажется, на три десятка лет. Ты прощаешь мне все тайны, переживаешь за мои отказы Урхарту, пытаешься сводничать. Кажется, догадывается, что в стороне от войны я не стою. И именно поэтому ты остаёшься гарантом того, что Хогвартс выстоит. Именно такие люди хранят сны наших детей.


[indent] Хочу собрать веселую компанию из трех подружек: Минервы, Поппи и Помоны. Пить чаи с парой капель огневиски, обсуждать все, что можно, верить в лучшее. Я против участия Помоны в ОФ в любом из вариантов, против, чтобы она знала, что Минерва и Альбус там по уши закопались. Просто потому, что кто-то должен быть вне, чтобы было не страшно за свои тылы.
[indent] Наделите Помону живой историей. Придумайте ей драму или счастливую любовь, сделайте ее объемной. Спраут может быть как ее девичьей фамилией, так и по мужу, жить можно в Хогсмиде, а кем будет ее избранник, решать только вам. Главное, берите роль и айда играть.

ПРИМЕР ИГРЫ

[indent] Весна — самое беспокойное время года. Это только кажется, что сентябрь с новыми учениками может вступить в конкуренцию, но реальность такова, что первые лучи весеннего солнца, разогнавшие серые тучи над замком, приносят проблемы. Самое время готовиться к экзаменам, но куда там, старшекурсники прямо горят жаждой шалостей и приключений, и приходится их отлавливать по клубам, деревьям, уголкам школьного парка, у озера. К последнему парочки ходят в любви признаваться, да звезды считать, лучше только на Астрономической башне, но там было, кому следить за этим. Каждую весну Минерва МакГонагалл думала о том, что хочет уволиться, вспоминала о том, что она вообще тут не хотела работать, согласилась из-за отчаяния, владевшего ею несколько лет назад. Она ведь и тогда думала уйти, все той же весной, протянула с декабря до мая. А потом повелась на уговоры Альбуса остаться до сентября, подумать в отпуске, а потом еще раз попробовать, а потом остаться. Никак не выходило выбраться из коридоров замка с высокими потолками. Любила она и Хогвартс, и Альбуса, и даже детей.
[indent] — Мистер Вентворт, я все видела, слезайте с балясин и, ради Мерлин, не повторяйте этого. Мисс Родс все равно не готова оценить вас по достоинству, и в ближайшие пару лет не будет готова.
[indent] Дети разбегаются беспокойными цыплятами, Минерва прячет невольную улыбку. Солнце сегодня яркое, хорошо, если продержится до выходных, тогда очередной выход в Хогсмид доставит больше удовольствия, чем последний десяток раз. Не будет грязи под ногами, и можно надеть светлую мантию, уложить волосы, выпить у Розмерты сливочного пива, а потом любоваться детьми, чтобы они не убили друг друга и случайных прохожих. Когда-нибудь она купит в деревне домик, чтобы наслаждаться жизнью прямо тут, пока же на летние каникулы ведьма возвращалась в объятия старого дома священника, в котором родилась и росла.
[indent] Минерва зорко окидывает взглядом школьный двор, на том конце маячит мистер Прингл, снова делает ревизию всех камней в стене. В последние несколько недель он упорно утверждает, что камни меняют расположением, значит, за ними спрятаны тайники, и там наверняка планы заговоров детей против учителей. Принглу лет столько, сколько не живут, Минерва учиться пришла, а он уже был смотрителем школы, накладывал заклинания на запретные коридоры, и, кажется, крутил роман с мадам библиотекарем. Но та ушла на пенсию, и Прингл остался в гордом одиночестве. Смена кадров накрыла Хогвартс во всей красе, при Дамблдоре многие учителя были молоды и свежи, и среди них Минерва не чувствовала себя синим чулком. Шорох позади отвлекает МакГонагалл от созерцания все еще странной картины, как старикан прощупывает и простукивает все камни. Интересно, действительно, все проверит? Но цепкая рука на локте вынуждает обернуться — любопытный взгляд зеленых глаз упирается в Помону. О, дракл, точно, они же собирались в учительской  обсудить пару вопросов, достойных внимания педагогов.
[indent] — Прости, я отвлеклась...
[indent] — Не ты одна, — у Помоны заразительный смех, она милая, и Минерва в который раз осознает, как на самом деле любит свой рабочий коллектив, чего не скажешь о временах в Аврорате. Она вздергивает брови, Страут качает головой: — К тебе в кабинет сопроводили миссис Сэвидж, ты ведь ее вызывала.
[indent] Ооо... точно, вызывала. Они с Флитвиком писали письмо вместе, вернее, писала Минерва, а коллега маячил над головой. Но профессора вызвали на консультацию вне стен Хогвартса, а теперь разбираться ей с тем, что Эйдан Сэвидж пытался забраться на шпиль, прыгал в озеро в одних подштанниках и... носил шоколадки Минерве. Нет, кажется, последний пункт лучше пусть остается между ними. В общем, с миссис Сэвидж придется разбираться Минерве. Был в этом плюс, можно, наконец, удовлетворить любопытство и познакомиться с женщиной, с которой она переписывалась последние несколько лет и для которой писала статьи под придуманным именем.
[indent] — Добрый день, миссис Сэвидж, — вихря нет, в свой кабинет входит молодая женщина, полная достоинства. И когда только успела из пигалицы и порывистой девчонки вырасти такая взрослая ведьма? — Прошу прощения, что заставила вас ждать, — зоркий взгляд цепляет на столе поднос со всем необходимым для чаепития. — Чаю?

0

28

неактуально

HAVE YOU SEEN THIS WIZARD?

https://i.pinimg.com/originals/12/57/ce/1257cecbecde2a2530da8a67fefac975.gif https://i.pinimg.com/originals/81/c9/0b/81c90b88cd5762873233097be3557be7.gif

ANDROMEDA TONKS, 26
ЧИСТОКРОВНА — ЖЕНА, МАТЬ, ЦЕЛИТЕЛЬНИЦА — JESSICA RAINE

[indent] Ты считаешь, что заслуживаешь большего, лучшего. Все мы так считаем, но увы, родители нас не пожалели. Слишком ранее осознание реальности, рассыпанной болью от невозможности улыбаться радостно. Множество условностей, приправленных нищетой: слишком рано нас настигли последствия безответственности отца и беспутства матери. Но ты справляешь с горечью обиды, ты выстраиваешь стены, прижимаешься ко мне ночами, чтобы не так было страшно при мысли о боггартах в старых шкафах на чердаке. Ты учишься принимать жизнь такой, как она есть, сохраняешь капли радости, уверенная в защите, моей защите: я не дала бы тебя в обиду, не позволила бы продать, предпочтя сама заключить сделку в обмен на наше благополучие, и это почти удалось.
[indent] Почти.
[indent] Наверное, это любовь. Ты смотришь на Тонкса и борешься с сомнениями; часть тебя готова капитулировать перед ним, другая часть все еще держится за мир, которому ты принадлежишь. Ты застреваешь где-то посередине, задумчиво смотришь в окно, отстраняешься. Угловатый почерк сливается в буквы, те становятся словами, уйти - не оглянуться. Нарушить догмы чистой крови. Только во имя любви. Или во имя желания сбежать от десятка правил и традиций, морально устаревших, ты и сама не знаешь ответа на вопрос "почему"? Но решения приняты, момент упущен, а вера в семью рассыпается каплями слез, блестит ими под ярким солнцем: тебе не простили предательства, Меда. Тебя вычеркнули. Ты больше не существуешь для тех, в чьих жила течет кровь Блэков.
[indent] Ты живешь теперь в другом мире, но Блэком быть не перестала, и каждый раз, когда реальность сталкивается с твоими принципами, все трещит по швам. Сказки Барда Бидля не могут воплотиться, как ни рисуй образ, в котором хочется существовать. Свекры - магглы, Тед - ни тут, ни там, дочь тянется к отцу интуитивно. Одиночество бьет по желаниям любить и быть любимой, стоило ли это предательства, сестра, скажи мне? Оглядываешься, а за тобой моя тень, ты тянешься к ней, ты ищешь связи. Выискиваешь знакомые лица сестер среди тех, кто оказывается рядом, но ничего нет больше, кроме боли. Так проходит год за годом, тенями закатывает привычный образ жизни, хотя со временем становится легче. То ли любовь в самом деле лечит, то ли несгибаемый характер Блэков восстает против слабости, которой иногда хочется поддаться.


[indent] Я не стала расписывать характер Меды, события ее жизни, отношения с окружающими, будь то близкие или просто друзья. Все эти детали остаются на вас, но железобетонно настаиваю на сохранение сестринской привязанности к Белле и Циссе, которая саднит от такого неправедного расставания. С Циссой предлагаю в частном порядке уточнить отношения, что касается Беллы, то с Медой предполагаются теплые и родные отношения, от того старшая из сестре чувствует себя преданной выбором Меды. И злость и ненависть ее растут именно из этого чувства. Но один из моих хэдов гласит, что именно Меда сидела с сестрой после первого выкидыша, когда та лежала в Мунго.
[indent] Андромеда многогранный персонаж, который живет на границе двух миров, в один из которых ее тянет кровь Блэков, во второй - любовь к мужу и дочери. Это постоянный бой двух ее сторон, в котором еще неизвестно, кто победит. Мы ломаем границы канонов, а потому вы можете решить, что угодно, начиная от развода, заканчивая чем-то таким, что даже моя фантазия не придумает. Главное - приходите играть.
[indent] Что касается внешности, то помимо Рейн предлагаю Мишель Докери и Мэйв Дермоди, но у последней слишком мало исходников в цвет, большую часть времени она блондинка. В любом случае, хочется чего-то нетрадиционного и немного похожего на Андреа Райзборо, все же канонично Меда и Белла должны быть похожи.

ПРИМЕР ИГРЫ

[indent] Безумие. Одно сплошное безумие. Прогрессирует, впивается в душу холодными пальцами, рвут сердце из груди, дышать уже больно, внутри все от страха сжимается. Серая громада Лестрейндж-холл прозрачно намекает о том, что притаилось за его дверями - Белла тут гостья нежеланная, неожиданная, несмотря на сову, ненужная никому. Она раз двадцать прокручивает в голове разговор с Рудольфусом, со всех ракурсов он выглядит ужасно, пропитанный привкусом отчаяния: деваться некуда, бежать нет возможности, за спиной призрачными фигурами из утреннего тумана сплетаются Меда и Цисса, кто о них позаботится, если не Белла. Самой-то всего восемнадцать, чтобы тащить подобный груз ответственности хрупкие плечи костьми трещат от боли, но ничего, справится, и с этим тоже. Она уговорит Лестрейнджа жениться на ней, продаст свое тело, свой род, лишь бы долги были оплачены, а души не изувечены.
[indent] С точки зрения финансов на роль мужа и Крэбб подходил, но мысль о том, что старик будет прикасаться к белой, почти светящейся жемчужным потусторонним блеском коже, вызывает одну тошноту. Белла бежит от этого кошмара, готовая упасть в руки другого кошмара - слухи о Рудольфусе разные ходят, а перед глазами стоит красивый молодой мужчина, которому не жаль отдать свою девственность и подарить детей. Пусть он будет самым ужасным человеком, но у него есть то, за что мисс Блэк продаст себя саму. Клочья тумана скрывают углы, все становится странным и непонятным, лижет подол мантии - все черное, начиная с волос, но белым пятном отсвечивает лицо с упрямо поджатыми губами, полными решимости. Сова, отправленная сюда ранее, вернулась с приглашением, а все это кажется сном, будто бы проснется в маленькой комнатушке, и нечем снова будет дышать. Шантажировать родителей собственной смертью можно, исполнять - нет, у Беллы жажда жизни рассыпается черным жемчугом, тянется бусинами на нитку, Белла любит жизнь, пусть сама иногда кажется призраком, затянутым в красное платье.
[indent] Гонгом разносится весть о приходе гостьи, оповещает всех, и сердце бьется глухим ритмом. Ей не хочется ненужных встреч, и домовик со строгим взглядом - надо же, не ворчит как теткин, слава Мерлину - забирает, почти отбирает у нее мантию, Белла кутается в собственные руки, тонкими пальцами сжимает плечи, выпрямляет их линию усилием воли, вздергивает подборок - кровь Блэков гремучая смесь, рвется по венам, наполняет уверенностью, она хороший товар, бедность не ключевое: девицы подобной родословной на вес золота, которое в Гринготтсе слитками блестит. Домовик пропускает девушку за дубовые двери, толстые, резные: библиотека, не кабинет. Пламя в камине потрескивает теплом, выгодно оттеняет сырой сентябрьский вечер. Выпускной год совсем безрадостный, долгая весна, сырое лето, ранняя осень, будто бы настроение Беллы передается всему живому, тоскливое, пустое, тяжелое. И свадебное платье саван, и руки не поднимаются его выбирать.
[indent] - Мистер Лестрейндж, - голос чуть подрагивает в первый момент, неконтролируемый. Белла злится, надеется, что не вспыхивает румянцем раздражения. Покорность, вот что она должна изображать, покорной нужно быть, мужчины не любят норовистых кельпи. - Спасибо, что согласились меня принять, - пальцы белеют в костяшках, крепко держат сумочку с палочкой в ней, а глаза ведьма не сводит с мужчины, пока еще во власти теней - пусть выйдет на свет, пусть у нее снова собьется дыхание.

Отредактировано never die (01-09-2020 22:12:39)

0

29

HAVE YOU SEEN THIS WIZARD?

https://em.wattpad.com/5e1cc7ade87088be58d1450d34e1ee7938aeaafc/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f7a525362743671613764687933413d3d2d3436333931343439362e313531343335623366353639303165343639383238353330343239392e676966

POPPY POMFRY, 37-40
ЧИСТОКРОВНА/ПОЛУКРОВНА — ПОВЕЛИТЕЛЬНИЦА БОЛЬНИЧНОГО КРЫЛА ХОГВАРТСА — LOTTE VERBEEK

[indent]  Маленькой девочкой ты мечтала о том, чтобы вершить великие дела. В школе хотела стать аврором, но тебе не хватало реакций, ловкости и выносливости. Хрупкая, нежная, ну какой из тебя аврор? За плечами Хаффлпафф, за плечами мама, которая целитель в энном поколении, выбора практически не остается. Ты не хочешь, но ты идешь после школы в Мунго, учишься азам целительства. Тебе все еще не нравится, в твоей душе живет страх потерять пациентов, и ты теряешь первого, а затем второго. Не твоя вина, просто так случилось, даже маги иногда умирают. Но тебе больно, обидно, страшно. Уходишь из Мунго, прячешься в своей комнате, не ждешь больше ничего от этой жизни. Ты почти сломалась, но всегда это почти что-то да портит.
[indent]  У каждого есть своя фея-крестная, так гласят сказки. Мы с тобой тоже сказочные, и у нас тоже такая фея есть — Альбус Дамлбдор. Он присылает сову: наша старая целительница уходит на пенсию, нужна замена, почему не ты? Тебя гложут сомнения, а я все о них знаю, я так же непросто принимала себя в новой роли, в работе с детьми. И я могла с тобой поговорить об этом. Мы пили чай на веранде, мы долго разговаривали, в тот день я вернулась с маленькой победой, а ты приехала в Хогварст несколько дней спустя.
[indent]  Тут лучшие теплицы, в их стекла на рассвете и закате играет солнце. Помона отдала тебе часть помещения для лекарственных трав, куда не водит детей. Втроем мы часто пьем чай, обсуждаем детей и верим, что делаем для них все возможное. Твои ласковые руки снимают боль, твои волшебные зелья лечат наших детей. Твоя жизнь даже в минуты войны расцветает другими красками, рисуется солнце на окнах, и ты знаешь, что Хогвартс устоит даже в самые темные дни.


[indent] Хочу собрать веселую компанию из трех подружек: Минервы, Поппи и Помоны. Пить чаи с парой капель огневиски, обсуждать все, что можно, верить в лучшее. Мне бы не хотелось, чтобы Поппи была в ОФ, тем более, что там целителей уже хватает, но если вам очень нужно, то можно стать тылом и поддержкой. В конце концов, основная задача Помфри, как и МакГонагалл — защита детей в стенах Хогвартса.
[indent] Наделите Поппи живой историей. Придумайте ей драму или счастливую любовь, сделайте ее объемной. Помфри может быть как ее девичьей фамилией, так и по мужу, жить можно в Хогсмиде, а кем будет ее избранник, решать только вам. Главное, берите роль и айда играть.

ПРИМЕР ИГРЫ

[indent] Весна — самое беспокойное время года. Это только кажется, что сентябрь с новыми учениками может вступить в конкуренцию, но реальность такова, что первые лучи весеннего солнца, разогнавшие серые тучи над замком, приносят проблемы. Самое время готовиться к экзаменам, но куда там, старшекурсники прямо горят жаждой шалостей и приключений, и приходится их отлавливать по клубам, деревьям, уголкам школьного парка, у озера. К последнему парочки ходят в любви признаваться, да звезды считать, лучше только на Астрономической башне, но там было, кому следить за этим. Каждую весну Минерва МакГонагалл думала о том, что хочет уволиться, вспоминала о том, что она вообще тут не хотела работать, согласилась из-за отчаяния, владевшего ею несколько лет назад. Она ведь и тогда думала уйти, все той же весной, протянула с декабря до мая. А потом повелась на уговоры Альбуса остаться до сентября, подумать в отпуске, а потом еще раз попробовать, а потом остаться. Никак не выходило выбраться из коридоров замка с высокими потолками. Любила она и Хогвартс, и Альбуса, и даже детей.
[indent]  — Мистер Вентворт, я все видела, слезайте с балясин и, ради Мерлин, не повторяйте этого. Мисс Родс все равно не готова оценить вас по достоинству, и в ближайшие пару лет не будет готова.
[indent]  Дети разбегаются беспокойными цыплятами, Минерва прячет невольную улыбку. Солнце сегодня яркое, хорошо, если продержится до выходных, тогда очередной выход в Хогсмид доставит больше удовольствия, чем последний десяток раз. Не будет грязи под ногами, и можно надеть светлую мантию, уложить волосы, выпить у Розмерты сливочного пива, а потом любоваться детьми, чтобы они не убили друг друга и случайных прохожих. Когда-нибудь она купит в деревне домик, чтобы наслаждаться жизнью прямо тут, пока же на летние каникулы ведьма возвращалась в объятия старого дома священника, в котором родилась и росла.
[indent]  Минерва зорко окидывает взглядом школьный двор, на том конце маячит мистер Прингл, снова делает ревизию всех камней в стене. В последние несколько недель он упорно утверждает, что камни меняют расположением, значит, за ними спрятаны тайники, и там наверняка планы заговоров детей против учителей. Принглу лет столько, сколько не живут, Минерва учиться пришла, а он уже был смотрителем школы, накладывал заклинания на запретные коридоры, и, кажется, крутил роман с мадам библиотекарем. Но та ушла на пенсию, и Прингл остался в гордом одиночестве. Смена кадров накрыла Хогвартс во всей красе, при Дамблдоре многие учителя были молоды и свежи, и среди них Минерва не чувствовала себя синим чулком. Шорох позади отвлекает МакГонагалл от созерцания все еще странной картины, как старикан прощупывает и простукивает все камни. Интересно, действительно, все проверит? Но цепкая рука на локте вынуждает обернуться — любопытный взгляд зеленых глаз упирается в Помону. О, дракл, точно, они же собирались в учительской  обсудить пару вопросов, достойных внимания педагогов.
[indent]  — Прости, я отвлеклась...
[indent]  — Не ты одна, — у Помоны заразительный смех, она милая, и Минерва в который раз осознает, как на самом деле любит свой рабочий коллектив, чего не скажешь о временах в Аврорате. Она вздергивает брови, Страут качает головой: — К тебе в кабинет сопроводили миссис Сэвидж, ты ведь ее вызывала.
[indent]  Ооо... точно, вызывала. Они с Флитвиком писали письмо вместе, вернее, писала Минерва, а коллега маячил над головой. Но профессора вызвали на консультацию вне стен Хогвартса, а теперь разбираться ей с тем, что Эйдан Сэвидж пытался забраться на шпиль, прыгал в озеро в одних подштанниках и... носил шоколадки Минерве. Нет, кажется, последний пункт лучше пусть остается между ними. В общем, с миссис Сэвидж придется разбираться Минерве. Был в этом плюс, можно, наконец, удовлетворить любопытство и познакомиться с женщиной, с которой она переписывалась последние несколько лет и для которой писала статьи под придуманным именем.
[indent]  — Добрый день, миссис Сэвидж, — вихря нет, в свой кабинет входит молодая женщина, полная достоинства. И когда только успела из пигалицы и порывистой девчонки вырасти такая взрослая ведьма? — Прошу прощения, что заставила вас ждать, — зоркий взгляд цепляет на столе поднос со всем необходимым для чаепития. — Чаю?

0

30

неактуально

HAVE YOU SEEN THIS WIZARD?

https://64.media.tumblr.com/856503b1bb1e34fd180f98048b449d9e/tumblr_inline_osxze0xTKX1rifr4k_540.gif https://64.media.tumblr.com/10bceaca95c0ff323aa31f905fdc913f/tumblr_inline_osxzebBgPL1rifr4k_540.gif https://64.media.tumblr.com/70415d9351b8e4f2210099291be622b4/tumblr_inline_osxze8LCz71rifr4k_540.gif

POMONA SPROUT, 43-44
ЧИСТОКРОВНА/ПОЛУКРОВНА — ДЕКАН ХАФФЛПАФФА, ПРОФЕССОР ГЕРБОЛОГИИ — HAYLEY ATWELL

[indent] Мы познакомились в Хогвартс-экспрессе, и с самой первой минуты поняли, что нам суждено стать подругами. К концу поездки мы достали всех соседей по куп е, ты чуть не выпала из лодки и очень хотела попасть на Хафлпафф. И попала. Ты словно создана для барсучьего факультета: весёлая, добрая, тянешь я к природе, всех готова любить и привечать. Я завидовал твоей открытости, мне этого не хватало, хотя все мы тогда были совершенно другими.
[indent]  Ты закончила Хогвартс, осталась там помощником профессора гербологии. Теплицы, вот что было для тебя важным. Стеклянные домики, полные трав, из которых студенты едва ли половину запоминали, а ты знала их все. В перспективе ты могла стать профессором, но пока об этом не задумывалась, директор Диппет и его гвардия все ещё заправляли школой. Последующие два года мы с тобой почти не общались. По моей вине. У тебя было солнце каждый день, упорядоченная жизнь в Хогсмиде, работа в Хогвартсе, жених, у меня — конфликты, сложности и непонимание, одиночество после расставания с Дугалом и не готовность открыть душу новому чувству. Казалось, мы никогда не вернёмся к той тёплой дружбе, от которой дрожали стены старого замка — Шляпа хоть и старая рухлядь, но не дура, точно знала, что на один факультет нас нельзя, мы ж все уроним. Но потом сменился директор.
[indent]  Первое, что сделал Дамблдор, назначил тебя профессором гербологии. Чуть позже и меня вернул в школу. Ещё несколько месяцев я сохраняла дистанцию, будто планировала сбежать — так и было. Но осталась. И вот тогда мы обе осознали, как скучали без нашего общения, сплетен и волшебного чая. Такой умеешь заваривать только ты.
[indent]  Наша дружба длится годами. Растянулась, кажется, на три десятка лет. Ты прощаешь мне все тайны, переживаешь за мои отказы Урхарту, пытаешься сводничать. Кажется, догадывается, что в стороне от войны я не стою. И именно поэтому ты остаёшься гарантом того, что Хогвартс выстоит. Именно такие люди хранят сны наших детей.


[indent] Хочу собрать веселую компанию из трех подружек: Минервы, Поппи и Помоны. Пить чаи с парой капель огневиски, обсуждать все, что можно, верить в лучшее. Я против участия Помоны в ОФ в любом из вариантов, против, чтобы она знала, что Минерва и Альбус там по уши закопались. Просто потому, что кто-то должен быть вне, чтобы было не страшно за свои тылы.
[indent] Наделите Помону живой историей. Придумайте ей драму или счастливую любовь, сделайте ее объемной. Спраут может быть как ее девичьей фамилией, так и по мужу, жить можно в Хогсмиде, а кем будет ее избранник, решать только вам. Главное, берите роль и айда играть.

ПРИМЕР ИГРЫ

[indent] Весна — самое беспокойное время года. Это только кажется, что сентябрь с новыми учениками может вступить в конкуренцию, но реальность такова, что первые лучи весеннего солнца, разогнавшие серые тучи над замком, приносят проблемы. Самое время готовиться к экзаменам, но куда там, старшекурсники прямо горят жаждой шалостей и приключений, и приходится их отлавливать по клубам, деревьям, уголкам школьного парка, у озера. К последнему парочки ходят в любви признаваться, да звезды считать, лучше только на Астрономической башне, но там было, кому следить за этим. Каждую весну Минерва МакГонагалл думала о том, что хочет уволиться, вспоминала о том, что она вообще тут не хотела работать, согласилась из-за отчаяния, владевшего ею несколько лет назад. Она ведь и тогда думала уйти, все той же весной, протянула с декабря до мая. А потом повелась на уговоры Альбуса остаться до сентября, подумать в отпуске, а потом еще раз попробовать, а потом остаться. Никак не выходило выбраться из коридоров замка с высокими потолками. Любила она и Хогвартс, и Альбуса, и даже детей.
[indent] — Мистер Вентворт, я все видела, слезайте с балясин и, ради Мерлин, не повторяйте этого. Мисс Родс все равно не готова оценить вас по достоинству, и в ближайшие пару лет не будет готова.
[indent] Дети разбегаются беспокойными цыплятами, Минерва прячет невольную улыбку. Солнце сегодня яркое, хорошо, если продержится до выходных, тогда очередной выход в Хогсмид доставит больше удовольствия, чем последний десяток раз. Не будет грязи под ногами, и можно надеть светлую мантию, уложить волосы, выпить у Розмерты сливочного пива, а потом любоваться детьми, чтобы они не убили друг друга и случайных прохожих. Когда-нибудь она купит в деревне домик, чтобы наслаждаться жизнью прямо тут, пока же на летние каникулы ведьма возвращалась в объятия старого дома священника, в котором родилась и росла.
[indent] Минерва зорко окидывает взглядом школьный двор, на том конце маячит мистер Прингл, снова делает ревизию всех камней в стене. В последние несколько недель он упорно утверждает, что камни меняют расположением, значит, за ними спрятаны тайники, и там наверняка планы заговоров детей против учителей. Принглу лет столько, сколько не живут, Минерва учиться пришла, а он уже был смотрителем школы, накладывал заклинания на запретные коридоры, и, кажется, крутил роман с мадам библиотекарем. Но та ушла на пенсию, и Прингл остался в гордом одиночестве. Смена кадров накрыла Хогвартс во всей красе, при Дамблдоре многие учителя были молоды и свежи, и среди них Минерва не чувствовала себя синим чулком. Шорох позади отвлекает МакГонагалл от созерцания все еще странной картины, как старикан прощупывает и простукивает все камни. Интересно, действительно, все проверит? Но цепкая рука на локте вынуждает обернуться — любопытный взгляд зеленых глаз упирается в Помону. О, дракл, точно, они же собирались в учительской  обсудить пару вопросов, достойных внимания педагогов.
[indent] — Прости, я отвлеклась...
[indent] — Не ты одна, — у Помоны заразительный смех, она милая, и Минерва в который раз осознает, как на самом деле любит свой рабочий коллектив, чего не скажешь о временах в Аврорате. Она вздергивает брови, Страут качает головой: — К тебе в кабинет сопроводили миссис Сэвидж, ты ведь ее вызывала.
[indent] Ооо... точно, вызывала. Они с Флитвиком писали письмо вместе, вернее, писала Минерва, а коллега маячил над головой. Но профессора вызвали на консультацию вне стен Хогвартса, а теперь разбираться ей с тем, что Эйдан Сэвидж пытался забраться на шпиль, прыгал в озеро в одних подштанниках и... носил шоколадки Минерве. Нет, кажется, последний пункт лучше пусть остается между ними. В общем, с миссис Сэвидж придется разбираться Минерве. Был в этом плюс, можно, наконец, удовлетворить любопытство и познакомиться с женщиной, с которой она переписывалась последние несколько лет и для которой писала статьи под придуманным именем.
[indent] — Добрый день, миссис Сэвидж, — вихря нет, в свой кабинет входит молодая женщина, полная достоинства. И когда только успела из пигалицы и порывистой девчонки вырасти такая взрослая ведьма? — Прошу прощения, что заставила вас ждать, — зоркий взгляд цепляет на столе поднос со всем необходимым для чаепития. — Чаю?

Отредактировано never die (25-08-2020 15:09:55)

0

31

HAVE YOU SEEN THESE WIZARDS?

https://i.imgur.com/guxP7Ue.gif https://i.imgur.com/S4IHyqb.gif

KHONSU SHAFIQ, 38
ЧИСТОКРОВЕН — ЛИКВИДАТОР ЗАКЛЯТИЙ В ГРИНГОТТС — OSCAR ISAAC

[indent] Хонсу выпадает из образа обитателя сумрачной и сырой Англии. Бронзовая кожа, черные как смоль, волосы, белозубая улыбка и тяга к приключениям, такая сильная, что поразительно, как все еще жив на исходе четвертого десятка лет. Он - хороший старший сын, наследник фамилии и будущее семьи; он - хороший старший брат, в глазах которого волнами плещется нежность для Сатис; он - искатель приключений и поразительно удачливый парень. Его жар топит снежные покровы самой холодной зимы, греет в самый дождливый вечер похлеще камина. Хонсу не расстраивается, что фамильный дар достается Сатис, в конце концов, так будет лучше для всех.
[indent] Гриффиндор учит многому, воспитывает лучшие традиционные для себя качества. Отец качает головой: не удивительно, что после такого сын идет в хит-визарды. Но не останавливает. Хонсу, словно, проверяет свою удачливость. Везет так, что в группе получает то звание талисмана, то звание везунчика, то говорят, что у него вечно за пазухой Феликс Фелицис припрятан. Хонсу смеется, качает головой, становится инициатором самых диких (в смысле идиотских) планов, которые реально дают результат.
[indent] Но все ломает жизнь, ей никто не указ: план выглядит идеальным, настолько безумным, как обычно. И все же, операция заканчивается фиаско, из которого без единой практически царапины (переломанные ребра и ссадины не в счет) выходит Хонсу. Он тянет вину на себя, как одеяло, он привыкает к чувству потери, и оно ему совсем не нравится на вкус. Он уезжает залечивать раны там, где все иначе, где солнце безжалостно выжигает всю тоску, где песок золотом отливает на заре, где все другое, но родное - зов крови всегда сильнее, сколько бы его не пытались вытравить туманами новой Родины. Там улыбками Сатис многое притупляется, там приходят новые мысли и идеи, там находится решение, способно принести утешение. Альбиону придется поскучать без Хонсу, он увольняется из ДОМП, чтобы поступить в каирский филиал Гринготтс, мысль о профессии ликвидатора греет, пусть все приходится начинать со стажировки.
[indent] Отец пишет письма все чаще: не молод, сын должен занять свое место, жениться. Хонсу наигрывает на гитаре незатейливую мелодию и впитывает тепло камней дома. Шафик-старший перестает настаивает, решает, что всему свое время: Хонсу вырастет, все они вырастают, и все достаточно поздно возвращаются домой. Но возвращаются.
[indent] Северина Волчанова возникает египетской царицей в его жизни, яркая своей восточной красотой, в которой намешано так много, что хочется прикоснуться. Хонсу настойчив, она неприступна; он старается, она уворачивается; он ищет способы вскрыть все барьеры, она старается держаться изо всех сил. Ее выдают дрогнувшие уголки губ, звонкий смех и взгляд; она отворачивается, чтоб он ничего не увидел, но поздно, Хонсу понимает, что эту женщину он хотел бы привести в дом отца. Начинается долгий путь к моменту, который так легко отсекает прошлую жизнь от настоящий, шаг за шагом, дюйм за дюймом. Северина не говорит, но Шафик чувствует, что в ее жизни так много боли было, которая ставит между ними стену. И эту стену он разбирает кирпичик за кирпичиком, приручает и обещает всем своим видом, что все будет хорошо.
[indent] Ему не хватает времени, из Лондона прилетает письмо с новостью о болезни матери, и Хонсу возвращается домой. Возвращается в войну, которая тихо крадется ночными улицами, призрачными масками и метками над домами. Отъезд такой стремительный, что попрощаться с Севериной не выходит, но Хонсу надеется, что успеет вернуться до того, как она оторвет взгляд от очередного археологического объекта: но мать не отпускает, отец находит невесту, внутри семьи странные брожения. Рождество 1979 года приносит встречу с Севериной, но совсем не ту, о которой думал Хонсу - в центре Лондона не то под дождем, не до под снегом.
[indent] Хонсу знает, что ему придется заново разбирать стену между ними, Вера знает, что ее прошлая жизнь способна разрушить все то, что между ними существует. И все самое сложное только начинается.


[indent] Немного истории в цифрах:
1942 - рождение;
1960 - окончание школы и поступление в ДОМП;
1968 - гибель группы, переезд в Египет, смена профессии;
1977 - знакомство с Севериной Волчановой;
сентябрь 1979 - возвращение в Лондон по зову матери.
[indent] Думаю, с отношениями Хонсу и Северины все понятно: сложно, стекольно и больно, но в перспективе счастливо. Несмотря на всю свою уверенность, внешнюю и вхарактерную, Вера концентрация утраты и боли, в ее случае история о том, как безоблачное счастье становится пылью, влияет на ее восприятие настоящего. Она была замужем, у нее была дочь, оказавшаяся сквибом и погибшая в четыре года, что и повлияло на ее брак. Именно в таком состоянии Вера перебралась в Египет в конце 77 года, где Хонсу с ней и познакомился. И именно с этим ее прошлым он и вынужден бороться сейчас, почти успешно, если бы не необходимость вернуться в Лондон. Новый виток этой борьбы начинается уже в Британии посреди войны, но теперь в ней появляется новая величина - недобывший муж Волчановой, который отказывает ей в разводе. Но когда истинную любовь останавливали такие сложности, правда?
[indent] Кроме Северины у Шафика есть иные завязки на игру: это и Сатис Гринграсс - нежно любимая сестра (кузина); и Эдгар Боунс и Фрэнк Лонгботтом, с которыми Хонсу работал в каирском отделении Гринготтса, и еще возможные варианты, которые мы обязательно предложим в процессе.
[indent] Приходите, мы вас залюбим, заиграем, откроем вам новые горизонты возможного в игре, главное, горите вместе с нами, чтобы переплюнуть даже жаркое египетское солнце.

ПРИМЕР ИГРЫ

[indent] Звук голоса Рудо заставляет вздрогнуть, подумать о таких мелочах, как чопорная прическа, глухой ворот платья - одолженное у Меды, почти не ношенное, оно выглядит достаточно элегантно. Белла приложила массу усилий, чтобы с порога не выглядеть как церковная мышь, ищущая еду и кров за любую плату, что в ее силах. Хотя именно так и было, и продолжение разговора наверняка снимет любые сомнения на сей счет, но расставаться с гордостью так быстро Блэк не хотела. Чуть-чуть набить себе сцену в довесок к гордой осанке и непокорному взгляду. С последним что-то нужно сделать, теткины слова жгут сознание безжалостным "на непокорных не женятся, Белла, их убивают нищетой и безразличием".
[indent] Взгляд Лестрейнджа скользит по ней, она почти чувствует это. По спине пробегает дрожь при мысли, что с этим мужчиной она собирается заключить сделку в цену своей девичьей чести. Впрочем, не честь заставляет нервничать, с ней следует расстаться без сожалений - неопределенность впереди приносит легкий привкус беспокойства. Белла взвешивает все за и против постоянно, даже когда выглядит отрешенной и безразличной. Не верит ни на йоту словам про то, что письмо Рудольфуса врасплох застало. Не тот он человек, чтобы так уж придти в искреннее удивление, ему нужна жена, и сейчас все общество вчерашних школьницы на выданье старается пройти на балах поближе к завидному жениху. Кто-то напуган слухами, кто-то готов наплевать, лишь бы носить фамилию Лестрейндж, хозяйничать в Лестрейндж-холле. Но ни у кого из них целью не стоит выживание.
[indent] Ни у кого, кроме Беллатрисы Блэк.
[indent] Голос пропадает. Из-за этого запаздывает ее ответ. Брошенный взгляд в сторону камина, не привычно тлеющему, но горящему ярким пламенем, манящему теплом. Зачем все эти церемонии? Или так положено в бизнесе? Об этом Белла ничего не знает, неудавшийся бизнесмен Сигнус Блэк не подпускал старшую дочь к делам - она же дочь. А продать не смог ничего, даже ее, товар хороший, покупатель - отвратителен в своей старости. Стоит вспомнить Крэбба, как Беллу начинает подташнивать, в голове одни картины брачной ночи, срисованные с пошлых картинок, найденных как-то раз у брата. Только такой опыт и есть в ее воображении, но он просто отбивает любую охоту думать о чем-то подобном.
[indent] - Мистер Лестрейндж, я не думаю, что нам стоит растягивать разговор, - каждое слово дается с трудом, гордость хрупко трещит перед необходимостью опуститься до подобного, но выбора нет, снова перед внутренним взором встает Крэбб, сменяется образ видением сестер. Мерлин, она это сделает, она уйдет из этого дома сегодня с согласием Рудольфуса Лестрейнджа на ней жениться. Пусть подпишет магический контракт, который не позволит ему отказаться от его слов, а потом делает с ней, что хочет. Лишь бы обеспечил ее сестрам хоть какую-то финансовую безопасность. - И вы, и я понимаем, что это сделка, и приправлять ее любезностью и чаепитием совершенно не обязательно.
[indent] Не лучший образчик будущей жены в патриархальном обществе, Белла обещает себе - а потом и Рудольфусу, пока только мысленно - что такого больше не повторится, что она научится лучшим правилам поведения мужней собственности, но только после суммы, которая устроит ее. Или условий для взросления сестер, можно и так сказать. Сделать шаг она боится, боится, что невольно колени подогнутся, боится, что выдаст слабость. Но все же заставляет себя расслабить линию плеч, разжать пальцы на собственной сумочке, сделать себя немного свободнее.
[indent] - Вам нужна жена, а мне нужен финансовый тыл, который обеспечит моим сестрам спокойное взросление и удачное замужество. Я могу дать вам желаемое, вы можете дать желаемое мне. Да, Блэки сейчас невыгодный товар с финансовой точки зрения, но кровь не водица. В нашем обществе забыли о том, что чистота крови и родословная значат не меньше, а на самом деле больше, нежели счет в Гринготтсе. Но вы ведь понимаете, что лучшей партии не сыщете во всей Британии, если ставите во главу угла не приданное невесты, а ее значимость в генеалогии вымирающего чистокровного общества.
[indent] Браки с полукровками били по чистоте крови, по чистоте общества. Раньше таковых было меньше, сейчас - все больше, времена меняются, нравы искажаются, уже нет ничего зазорного в том, чтобы любить того, кто стоит ниже тебя на социальной ступени, не говоря уже о статусе крови. Это унизительно, но поразительно то, что в этой круговерти грязи все еще остаются те, кому важно сохранить чистоту. И у Беллы есть единственный доступный ей козырь - Toujours Pur, девиз, выбитый витиеватыми буквами вязью на ненавистном гобелене.

0

32

HAVE YOU SEEN THIS WIZARD?

https://64.media.tumblr.com/758e4c8e4ca3b63f86f4255574d9f56f/tumblr_inline_pg8rayPXuW1t8bm8b_250.gifv https://64.media.tumblr.com/c08e86e6e5f0f5ceb123eeebebc6405b/tumblr_inline_pg8ravOlel1t8bm8b_250.gifv

IGOR KARKAROFF, 38-39
ЧИСТОКРОВНЫЙ — ДИПЛОМАТ, СОТРУДНИК ПОСОЛЬСТВА БОЛГАРИИ — AIDAN TURNER

[indent] Сын болгарских дипломатов, золотая молодёжь Магической Софии. От него ждали свершений в министерстве, а он, будучи студентом Дурмстранга, на пару с лучшим другом, Павлом Волчановым (кузеном будущей супруги), вызывал его предка, первую директрису школы, Нериду, а потом полночи гонялся с упырями по кладбищу. С тех пор все ещё считает, что кладбище лучшее место для свиданий.
[indent] Туда, кстати, и привел в первый раз Северину. Только кладбище было парижским и стал он старше на добрый десяток лет. Между школой и знакомством с Верой Игорь несколько лет катался по миру, не желая включаться во взрослую жизнь, и только тогда, когда отец сказал, что больше не будет финансировать развлечения сына, Игорь решает, что пора браться за ум. Париж становится лебединой песней его молодости, в котором он находит себе будущую жену. Оба отца дают свое благословение, единственное, что дополнительно делает Стефан Волчанов, предупреждает жениха, что он обязан позаботиться о счастье Северины. В ту минуту Игорю кажется, что Стефан что-то знает.
Само собой, путешествия не прошли даром, к моменту возвращения в Софию Игорь обрастает интересными знакомствами, в том числе и с Томом Реддлом. До черных мантий и масок еще есть время, но новая религия втягивает Игоря в свои сети, он не сторонник идеологии, но ему нравится эта некая общность, что присутствует в его жизни. Ему есть, за что бороться, у него хорошая должность в ММ, у него жена и вот-вот должна родиться дочь. Счастье наполняет всю его жизнь, но обрывается спустя несколько лет, когда становится ясно, что Марта - сквиб. Горе для родителей, но если Северина все равно принимает это как должное, то Игорь отдаляется как от ребенка, так и от жены. Все чаще командировки, все меньше времени просто поговорить. Между Игорем и Верой растет пропасть, закономерно это приводит к несчастью. Пока в очередной раз молодые родители выясняют отношения (в тот день Вера узнает о том, что муж сопричастен к Пожирателям Смерти), Марта тонет в озерце на территории особняка. Следующим ударом становится попытка Веры покончить с собой, весьма неудачная благодаря стараниям самого Игоря. Но это не сближает их. Горе и несчастье становятся чем-то, что уничтожает обоих. После недолгих споров Волчанова уезжает прочь из Софии, и хотя Игорь знает, куда именно, он не пытается последовать за ней, чтобы вернуть ее.
[indent] Последующие годы Игорь тратит на карьеру в Министерстве и служение Темному Лорду, последнее становится чем-то, что подменяет его ненависть к самому себе за брак в генетике дочери. Игорь винит не Веру, Игорь винит только себя, уверенный, что жена с ним согласна. К исходу второго года разлуки в душе зарождается слабая надежда, что Вера вернется в его жизнь, а если нет, то он ее вернет. Игорь меняется, он становится жестче, злее, безжалостнее.
[indent] Его направляют в Британию, удобно, ведь именно там идет основная борьба Пожирателей за управлением страной. Это только начало, потом будут и другие магические страны, а пока пусть Британия горит в очищающем огне. Игорь так погружается в это, что удивляется, когда в его жизни снова возникает Вера с единственной просьбой оформить развод. В их случае непростая процедура, но выполнимая, главное - начать. Игорь отказывает, мотивирует это только тем, что ему разводы не пойдут в зачет репутации дипломата, а вот такая жена, как Северина пойдет. Вот только Волчановой это больше не нужно. Ее любовь умерла, на пепелище прошлого родилось нечто новое, и это новое не включает в себя Каркарова. Все, чего добивается Игорь - Северина задерживается в Британии настолько, чтобы получить должность в Британском музее.


[indent] Как вы понимаете, у этой истории хэппи-энда не будет. Северина любит другого, что не очень-то радует Игоря, ему не с руки искать другую жену, когда его и эта устраивает. Что и приводит нас к противостоянию для трех участников этого безжалостного спектакля отношений. У Волчановой есть компромат на мужа, она уже знает, что он Пожиратель, но как его использовать, Вера пока не понимает. Игорю предстоит вычислить того, ради кого она так хочет свободу, и для него единственный путь решения вопроса - смерть соперника. В общем, просто не будет, ну вы поняли.
[indent] Немного хронологии в цифрах:
[indent] 1941 - рождение;
[indent] 1959 - окончание Дурмстранга, начало приключений по миру;
[indent] 1969-70 - знакомство с Севериной Волчановой;
[indent] 1973 - рождение дочери Марты;
[indent] осень 1977 - гибель Марты, отъезд Северины в Египет;
[indent] ноябрь-декабрь 1979 - назначение Каркарова в Лондон, встреча с женой уже там.

ПРИМЕР ИГРЫ

[indent] Звук голоса Рудо заставляет вздрогнуть, подумать о таких мелочах, как чопорная прическа, глухой ворот платья - одолженное у Меды, почти не ношенное, оно выглядит достаточно элегантно. Белла приложила массу усилий, чтобы с порога не выглядеть как церковная мышь, ищущая еду и кров за любую плату, что в ее силах. Хотя именно так и было, и продолжение разговора наверняка снимет любые сомнения на сей счет, но расставаться с гордостью так быстро Блэк не хотела. Чуть-чуть набить себе сцену в довесок к гордой осанке и непокорному взгляду. С последним что-то нужно сделать, теткины слова жгут сознание безжалостным "на непокорных не женятся, Белла, их убивают нищетой и безразличием".
[indent] Взгляд Лестрейнджа скользит по ней, она почти чувствует это. По спине пробегает дрожь при мысли, что с этим мужчиной она собирается заключить сделку в цену своей девичьей чести. Впрочем, не честь заставляет нервничать, с ней следует расстаться без сожалений - неопределенность впереди приносит легкий привкус беспокойства. Белла взвешивает все за и против постоянно, даже когда выглядит отрешенной и безразличной. Не верит ни на йоту словам про то, что письмо Рудольфуса врасплох застало. Не тот он человек, чтобы так уж придти в искреннее удивление, ему нужна жена, и сейчас все общество вчерашних школьницы на выданье старается пройти на балах поближе к завидному жениху. Кто-то напуган слухами, кто-то готов наплевать, лишь бы носить фамилию Лестрейндж, хозяйничать в Лестрейндж-холле. Но ни у кого из них целью не стоит выживание.
[indent] Ни у кого, кроме Беллатрисы Блэк.
[indent] Голос пропадает. Из-за этого запаздывает ее ответ. Брошенный взгляд в сторону камина, не привычно тлеющему, но горящему ярким пламенем, манящему теплом. Зачем все эти церемонии? Или так положено в бизнесе? Об этом Белла ничего не знает, неудавшийся бизнесмен Сигнус Блэк не подпускал старшую дочь к делам - она же дочь. А продать не смог ничего, даже ее, товар хороший, покупатель - отвратителен в своей старости. Стоит вспомнить Крэбба, как Беллу начинает подташнивать, в голове одни картины брачной ночи, срисованные с пошлых картинок, найденных как-то раз у брата. Только такой опыт и есть в ее воображении, но он просто отбивает любую охоту думать о чем-то подобном.
[indent] - Мистер Лестрейндж, я не думаю, что нам стоит растягивать разговор, - каждое слово дается с трудом, гордость хрупко трещит перед необходимостью опуститься до подобного, но выбора нет, снова перед внутренним взором встает Крэбб, сменяется образ видением сестер. Мерлин, она это сделает, она уйдет из этого дома сегодня с согласием Рудольфуса Лестрейнджа на ней жениться. Пусть подпишет магический контракт, который не позволит ему отказаться от его слов, а потом делает с ней, что хочет. Лишь бы обеспечил ее сестрам хоть какую-то финансовую безопасность. - И вы, и я понимаем, что это сделка, и приправлять ее любезностью и чаепитием совершенно не обязательно.
[indent] Не лучший образчик будущей жены в патриархальном обществе, Белла обещает себе - а потом и Рудольфусу, пока только мысленно - что такого больше не повторится, что она научится лучшим правилам поведения мужней собственности, но только после суммы, которая устроит ее. Или условий для взросления сестер, можно и так сказать. Сделать шаг она боится, боится, что невольно колени подогнутся, боится, что выдаст слабость. Но все же заставляет себя расслабить линию плеч, разжать пальцы на собственной сумочке, сделать себя немного свободнее.
[indent] - Вам нужна жена, а мне нужен финансовый тыл, который обеспечит моим сестрам спокойное взросление и удачное замужество. Я могу дать вам желаемое, вы можете дать желаемое мне. Да, Блэки сейчас невыгодный товар с финансовой точки зрения, но кровь не водица. В нашем обществе забыли о том, что чистота крови и родословная значат не меньше, а на самом деле больше, нежели счет в Гринготтсе. Но вы ведь понимаете, что лучшей партии не сыщете во всей Британии, если ставите во главу угла не приданное невесты, а ее значимость в генеалогии вымирающего чистокровного общества.
[indent] Браки с полукровками били по чистоте крови, по чистоте общества. Раньше таковых было меньше, сейчас - все больше, времена меняются, нравы искажаются, уже нет ничего зазорного в том, чтобы любить того, кто стоит ниже тебя на социальной ступени, не говоря уже о статусе крови. Это унизительно, но поразительно то, что в этой круговерти грязи все еще остаются те, кому важно сохранить чистоту. И у Беллы есть единственный доступный ей козырь - Toujours Pur, девиз, выбитый витиеватыми буквами вязью на ненавистном гобелене.

Отредактировано never die (25-08-2020 15:04:13)

0

33

HAVE YOU SEEN THIS WIZARD?

http://forumfiles.ru/uploads/0014/79/ea/2/96954.gif http://forumfiles.ru/uploads/0014/79/ea/2/138466.gif http://forumfiles.ru/uploads/0014/79/ea/2/96361.gif

CARACTACUS BURKE II, 55
ЧИСТОКРОВЕН — СО-ВЛАДЕЛЕЦ ЛАВКИ «БОРДЖИНиБЁРК», УПРАВЛЯЮЩИЙ ТАМ ЖЕ — VIGGO MORTENSEN

па, я знаю, как это: когда твои друзья превосходят тебя;
когда из кожи вон лезешь в попытках доказать, что достоин;
когда ты мог бы быть на их месте, потому что…
у тебя было все, и ты был одним из них

его имя громогласно и торжественно как бракованная хлопушка – ждешь, когда шарахнет, но ничего не происходит. ни сейчас, ни потом. нет, лет «надцать» назад оно даже что-то весило – не зря же блэки отдали свою несравненную бельвину за его отца. вспоминая герберта, карактакус морщится – он презирает человека, спустившего почти все состояние на колдопокер и квиддичные ставки [оставшуюся часть после его смерти раздали за долги покойника]. вспоминая мать, он ухмыляется – это же так в духе бельвины блэк: сбежать в поместье дочери на другой конец бескрайней родины – лишь бы подальше от проблем и нищеты… а пацан? пацан сам справится.

и пацан справился: он, подающий большие надежды, забросил стажировку [и мечту] в визенгамоте и принялся вникать в тонкости торговли, в том числе и на черном рынке; несмотря на то, что с розье их раскидало на разные ступени социальной лестницы, их школьная дружба только окрепла – малакит подставил крепкое плечо в нужный момент [и не раз, и не два], карактакус всегда помнил хорошее и был благодарным. к тому же, кто, как не лучший друг, в курсе всех его талантов по части всего запрещенного, и кто, как не он, подтянет туда, где можно раскрыться в полной мере и быть поощренным за содействие и верность [не идее - дружбе].

даже сомнительный род деятельности и испорченная репутация [пусть и с завидной родословной] не помешала карактакусу жениться на одной из прелестных юных леди, чья смекалка, жажда приключений [а мисс макмиллан даже не рассматривала семейную жизнь с бёрком в другом ключе] и любовь к артефактам поразили его с первой встречи. она же подарила ему двоих детей и несколько чудесных лет, пока не пала смертью храбрых в неравной борьбе с проклятым артефактом. его сердце то и дело сжимается, когда он смотрит на дочь – так сильно она похожа на лиру: те же хитрые глаза, тот же быстрый ум и та же всеобъемлющая любовь к таинственным предметам; а в сыне он, уже не сопротивляясь очевидному, видит себя – того идеального себя, которому не суждено было сбыться тогда. однако сейчас он делает все, чтобы девлин свой шанс не упустил.

он и свои возможности не упускает: рассматривает надвигающуюся войну в качестве очередной попытки вырваться из замкнутого круга не-благосостояния и пытается выдать дочь замуж, изучая варианты вдоль и поперек, – тот момент, когда чаша весов с хорошей жизнью [чтоб «дорого-богато»] перевешивает чистокровность и ее идеалы… но всего этого можно было бы избежать, если бы лучший друг не передумал связывать их семьи тесными брачными узами их детей.


× полагаю, после регистрации будет доступна моя анкета и, естественно, личные сообщения – все расскажу: имена, пароли, явки, даты и планы на прошлое/будущее;
× дружеская связь с семьей розье одобрена администрацией в лице фрэнка; вполне вероятно, малакит даже стал крестным отцом девлина или элладоры; в любом случае, пройти мимо этих колдографий невозможно, с этим нужно что-то сделать;

химия розьебёрк [имя-то какое для дуэта, ну!] в чистом виде

http://forumfiles.ru/uploads/0014/79/ea/2/628876.gif http://forumfiles.ru/uploads/0014/79/ea/2/700515.gif
http://forumfiles.ru/uploads/0014/79/ea/2/471325.gif http://forumfiles.ru/uploads/0014/79/ea/2/34213.gif

× я не суперактивный постописец, но, если меня затянет, и личный меркурий не окажется ретроградным, могу строчить посты каждый день; пишу около пяти тыщ плюс от первого или третьего лица; могу с «птицей-тройкой», могу без нее; посты пишу с заглавными буквами [это я в заявках балуюсь], но, если надо, могу и без; в общем, я удобный игрок, которому важна грамотность и любовь к персонажу;

ПРИМЕР ИГРЫ

в качестве миссис забини;

Скрестив руки на груди, девушка постукивала тонкими пальцами по левому локтю — ей не терпелось, чтобы ее однокурсник, который все это время рассматривал пузырек с зельем так, словно он по одному его виду мог что-либо сказать о качестве продукта.
Прекрати так на меня смотреть, — наконец, не выдержав тяжелого взгляда хозяйки дома, произнес молодой человек, но тянуть время не прекращал.
Прекрати заниматься ерундой — собирай свои пожитки и вали отсюда, — девушка сделала жест рукой в сторону выхода, — Вэл скоро вернется, и всем будет лучше, если ваши параллельные не пересекутся.
Гость оторвался от изучения зелья и, усмехнувшись, поднял глаза:
О, серьезно?.. Даже не «Валентин»?.. Супружеская жизнь начинает тебе нравиться, да?..
Про-ва-ли-вай.
Хозяйка стала подталкивать молодого человека к выходу, настойчиво похлопывая его по спине ладонями, — все же ее «свободное» время подходило к концу. Ей еще предстояло привести себя в порядок прежде, чем ее супруг переступит порог дома, чтобы встретить его с работы в лучшем виде. Не то чтобы другие ее «виды» сильно разнились в своем качестве — что ни надень, все к лицу — но предстать перед главным мужчиной в своей жизни в пропахшем сомнительного характера зельем платье все же не стоило. Хотя бы исходя из того факта, что он пока ни сном ни духом о… пусть это будет подработкой, да… о подработке своей милейшей супруги. И вот, кажется, в этом не было ничего зазорного, но девушка предпочла не распространяться о своих занятиях в отсутствие супруга, ограничившись банальным чтением, чаепитием, приготовлением ужина… или что там еще делают приличные замужние дамы?.. Редкий клиент знал о том, что корпела над его заказом Эглантин Забини — та самая, что… и далее по списку. Разговоров не оберешься.

Тина перебирала платья, выбирая, в котором показаться за ужином, и вдруг в дверь постучали. Она готова была поклясться — если гость вернулся на полпути из поместья, она разорвет его в клочья и позже сошьет воедино, но уже в произвольном порядке. Ее черная, как смоль, голова показалась из-за ширмы — в дверях замер домовик, заплетая пальцы в неловкости. У него на предплечье повисла мантия Валентина.
Госпожа, — робко протянул домовик.
Мой супруг пришел с работы, — не задала вопрос, просто констатировала факт. И без того было ясно, что мистер Забини пришел домой раньше предполагаемого — вряд ли, домовик расхаживал в его рабочей одежде по дому, воображая из себя ее супруга. Девушка поджала губы — оставалось только надеяться, что мужчины не встретились на территории, но шансы были ничтожно малы. Особенно, учитывая совершенно неспешную манеру однокурсника.
Что ж, оставалось только проследовать на казнь прежде, чем ее приведут туда силком. И проследовать стоило во всей красе — возможно, хотя бы ее внешний вид смягчит супружеский гнев, хотя обстоятельства не намекали на обратное — орали. Застегивая платье и приглаживая волосы, Тина все же задумалась. Если не знать подробностей, а Валентин их не знал и, вероятно, не станет в них вдаваться, со стороны ситуация выглядела более чем очевидной и наименее выгодной для нее. Но с другой стороны… С другой стороны ситуация, в которой жена придет к мужу с фразой «милый, я тут повариваю яды да отравы на досуге», тоже не располагала приятными моментами. Особенно для мужа. Особенно для ее мужа. Тина слышала истории про бабушку Забини, но не собиралась пока идти по ее стопам — девушку все устраивало. Другое дело — это ее супруг, который, наверняка, не в курсе ее внутренней гармонии в статусе его второй половины.
Неспешно добравшись до теплиц, Эглантин все же замерла на мгновенье, прежде чем открыть дверь — ее личный ящик Пандоры. Она глубоко вдохнула и, досчитав до десяти, вошла. Дверь предательски хлопнула, и Валентин обернулся на звук. Стараясь не выдать свое волнение, девушка смотрела на мужа — он саркастично улыбнулся, что, наверняка, не сулило ей ничего хорошего. Одного она понять не могла — он был… разочарован?.. Его эмоции всегда были менее очевидными, чем ее собственные, и Тина не всегда могла их считать верно. Ей стало немного грустно — чисто теоретически, она не сделала ничего плохого… во всяком случае, по отношению к нему, но все равно чувство того, что она его подвела, заставила усомниться в своей честности, не покидало. И оно было не самым приятным.
Вы столкнулись, — снова совсем не вопрос — тон супруга и формулировка, в которую завернуты слова, дали ей понять, что таки да, столкнулись, и было бы гораздо лучше, если бы тот (с неспешной манерой) все же зашевелил своими извилинами и ногами быстрее в ту же секунду, как увидел фигуру хозяина дома. — Это Флинт.
У мистера Забини, конечно, сразу от сердца отляжет — Флинт же, конечно.
Если я скажу, что это не то, о чем ты подумал, — с губ сорвался неуместный предательский смешок — это была самая большая банальность из всех возможных, но самая правдивая, и то, что эти двое просто стали героями какого-то неудачного анекдота о супружеской неверности, не могло вызвать никакой другой реакции, — ты мне поверишь?

+ бонус [пост с др.форума]

Ты мне веришь?
Она медленно убрала руку с лица, которой заблаговременно успела прикрыть округлость своего рта, чтобы не проронить и звука. Всего минуту назад, когда пред ней предстала картина того, что вез все это время с собой Брейден, ее диафрагма расширилась в одно мгновение, позволяя сделать резкий — почти со свистом — вдох. Теперь же, затаив дыхание, она более походила на красивую статую — без малейшего движения, без малейшего звука она замерла на месте, не удосуживаясь даже моргнуть. Увиденное повергло ее в шок. Джек Джексон и рада была бы представить, что это дурной сон, бурная фантазия и расшатанные нервы, но собственный пульс в висках бил металлической ложкой по железной посудине, а в голове по кругу всего один вопрос, звучащий его голосом, — «Ты мне веришь?».
Наконец, из приподнятой груди вырвался лишь тяжелый вздох, и девушка, проморгавшись и сделав неопределенный жест рукой, отошла на несколько шагов от машины и стоявшего возле нее Оззи. Ей понадобилось всего пару минут размышлений. Ну, как «размышлений», скорее — пара минут попыток собрать себя в кулак и принять ситуацию такой, какой она была. Из серии «что сделано, то сделано», «не повернуть время вспять» и прочей ерунды, которой очень просто оправдывать легкое отношение к происходящему. Джек запустила пятерню в распущенные волосы, убирая золотистые пряди с глаз, — хотела, чтобы Освальд вообщетымнениктоДжекДжексонноблятьпомогимнепожалуйста Брейден видел ее бесцветные глаза, когда она сказала ему:
Да, — полуулыбка рассекла ее лицо, и девушка не смогла заглушить предательский смешок: — блять, да.
Середина ночи, лесополоса, труп в багажнике, нуждающийся в поддержке Оззи Брейден и Джек Джексон с улыбкой до ушей — просто картина маслом. Все это мало походило на романтическую прогулку, да и весельем от происходящего едва ли веяло, но… Девушке тот факт, что она так легко последовала за ним, не задав ни единого вопроса, казался чертовски забавным. Чертовски забавным. По-детски наивным. По-настоящему глупым. О чем Джексон, вообще, думала?.. И думала ли, в принципе?..

Джек давно не ложится спать раньше трех утра. Она обыденно заваривает себе чай с мелиссой и читает; думает; думает, что читает, и так по кругу, пока ее, наконец, не начнет клонить в сон. Поэтому, когда в ее доме в полночь раздались три настойчивых удара во входную дверь, это не стало чем-то из ряда вон. В принципе, ночных гостей девушка с легкостью могла объяснить: тот же Теодор мог бы «совершенно случайно» проходить мимо и, зная о странных привычках Джексон, зайти на тот самый чай с мелиссой, что иногда происходило, когда мистер Джексон отсутствовал по долгу своей службы. Но в этот раз, спустившись в пижаме на первый этаж, она ожидала увидеть кого угодно – даже Дональда Трампа – но не его. Короткое «здравствуй» замерло на языке и прилипло к небу, не давая возможности произнести и звука в качестве приветствия. Голубые глаза осмотрели Освальда с головы до ног, не задерживаясь ни на единой клеточке его тела ни на секунду, - он выглядел довольно странно; она не могла [уже] понять, что именно в нем не так, но эта мысль не давала ей покоя. За ответом Джек попыталась обратиться к его глазам, но он упорно избегал ее взгляда и просто:
Мне нужна твоя помощь.
Ни приветствия тебе, ни «как дела, Джек», ни «прости, что врываюсь». В твой дом среди ночи. В твою жизнь, словно никогда из нее не выпадал. Словно между ними не было непроходимой пропасти. Словно они распрощались минуту назад, и он вернулся, потому что просто что-то забыл. Словно «они» еще существуют. Ее удивил тембр его голоса, но Джексон мгновенно нашла оправдание всему, за что зацепилось ее нутро, - это был абсолютно другой человек; незнакомец, который выглядел точь-в-точь как тот, которого она знала и любила. «Когда-то» — хотелось бы ей добавить, но в глубине души она понимала, что это другим можно рассказать о новых ярких красках жизни, и как, оказывается, легко можно заглушить боль от расставания, только врать самой себе она так и не научилась.
Ее взгляд проследовал за кивком Освальда, остановившись на отцовском «гольфе», и, поджав губы, она еле заметно кивнула в ответ и на полупальцах скрылась в доме. Минуту она простояла, просто прижавшись спиной к входной двери, — не от того, что не знала, как ей поступить, Джек нужно было перевести дух и принять сам факт того, что он пришел за помощью к ней. Это значило для нее гораздо больше, чем то, какого рода помощь ему была необходима. Она была готова ко всему — это могло быть очередной галочкой в списке необходимых добрых дел, которые нужно было совершить, чтобы, наконец, получить свою индульгенцию. И освободиться. Или привязать себя еще сильнее?.. Кто знал…
И ведь она поехала. Прыгнув в первые попавшиеся под руку вещи, достаточно удобные для… Она не знала для чего, да это и не было важно на самом деле — Джексон показалось правильным быть в комфорте. Она наспех схватила со стола на кухне ключи от машины отца и, сделав паузу, а вместе с ней и самый глубокий вдох-выдох в ее жизни, толкнула дверь на улицу. Только оказавшись за рулем, Джек обратила внимание, что Брейден за рулем не старого-доброго «форда», а пикапа, который она видела не раз, но едва ли сейчас вспомнит, кому он принадлежит. Но сути дела это не меняло – девчонка следовала за Оззи, стараясь не отставать. Джексон ехала в тишине, но ее мысли были достаточно громкими, что даже желания включить хотя бы радио, чтобы отвлечься, не возникло. Мыслей было масса, и все – ни о чем. Девчонка терялась в догадках, куда и зачем они едут; почему он пришел именно к ней. Задумавшись, она едва не догнала его передним бампером, но вовремя спохватилась, оттормозившись. Оззи в тот же момент дал по газам, и, наконец, они перестали изображать из себя двух монашек, соблюдающих все правила дорожного движения на пустынных улицах города, и понеслись вперед на всех парах. Она уверенно переключала передачи одну за одной, устремив глаза в задний бампер пикапа. Когда на нем загорелись стопы, и Оззи снизил скорость, Джексон тоже пошла на пониженную и след в след кралась за ним – дорога ей, конечно, была до боли знакома, но все ее колдобины оставались сюрпризами даже для постояльцев этих лесных троп. Остановив «фольксваген» недалеко от места, где стал Брейден, девчонка не торопилась выходить из машины. Вид клифа навеял воспоминания, от которых на лице Джек появилась блаженная улыбка, и в какой-то момент ей показалось, что, наверно, это даже символично, что они вернулись сюда спустя три года. Если бы она только знала, что именно это будет символизировать. Это была ночь, когда этот клиф перестал быть романтическим местом; старые воспоминания понемногу вытесняли новые.

Что будем делать? — взяв себя в руки, она подошла к Освальду. Откуда-то снова возникло это «мы» — оно объединяло и успокаивало, хотя и не оставляло мнимой надежды, что, возможно, все вернется на круги своя. Девчонка заглянула ему в глаза и коснулась ладонью лица, чтобы он не отвел взгляд. Прервав зрительный контакт, она бросила мимолетный взгляд за его плечо и решительно спросила, снова глядя ему прямо в глаза:  — С обрыва?.. Вода смоет следы

Отредактировано never die (01-09-2020 22:12:00)

0

34

HAVE YOU SEEN THIS WIZARD?

https://64.media.tumblr.com/935ea6c78da832792e5e970226135e83/tumblr_po2y42M43S1ua1nbgo1_500.gifv

LABHRAS BROWN, 23
ЧИСТОКРОВНЫЙ — РАДИОВЕДУЩИЙ —  ANSEL ELGOR

[indent] «Очень серьезный радиовещудий, привет. На конверте ты точно прочитал от кого это письмо и вероятно подумал: мерлин, какого пикси, эта женщины от меня хочет после стольких лет. Прости-прости, ничего особенного. Просто соскучилась по своему лучшему другу. Сколько лет прошло с последнего письма — ох, много, не хочу считать, становиться грустно. Прости что не писала, только вот и ты не писал. Я очень на тебя обиделась, когда ты — одноглазая жаба — не ответил на приглашение на мою свадьбу. Не пришел. Не написал. Не поздравил. И потом на день рождение не прислал веселую открытку с поздравления о наступающей старости. Мы долго молчали в своих обидах, да? Думаю настало время отпустить и поздороваться снова.

[indent] Привет, Лав. Я очень-очень-очень соскучилась по тебе, вечно растрепанный, всклокоченный мальчишка. Как ты поживаешь? Слышала ты теперь серьёзный мужчина, почти семьянин; кто это невероятный, терпеливый человек? Ты пришлёшь мне совместную колдографию; надеюсь да, но мне будет просто достаточно твоего ответного письма. Не уверена, что ты получил мой рождественский подарок. А может и получил, только выкинул. Если это так, то ты мистер Лаврас Браун — достаточно сильно обидел меня в очередной раз. Не первый, может и не последний. Да, разве была бы я хорошим другом, если бы просто так оступилась. Нет. Поэтому — смирись, мои письма будут частые и подробные. Может быть я доставлю тебе проблем с твоей половинку из-за этого. Так что просто ответь — у меня всё хорошо, Дэйзи, я по прежнему твой друг.

[indent] Как поживают твои родители и младшая сестра — она должно быть уже совсем взрослая и закончила школу. Расскажи, как она поживает, где работает, чем увлекается? О, кстати, мои искренние поздравления с повышением — двухчасовое шоу по субботам в полдень, это большая удача. Слушаю и не пропускаю ни одной твоей передачи; ты до сих пор включаешь мою любимую музыку, даже удивительно. Ты всегда умел заболтать даже самого молчаливого-молчуна во всей англии, и теперь официально, ты можешь забалтывать эту самую англию один раз в неделю без зазрения совести. Травить байки и истории, располагать к себе волшебников и каким-то магическим образом влюблять в себя всех вокруг. Разве что, за исключением меня; не так, как ты хотел, милый. Прости.

[indent] Лаврас, с ударением на последнюю «а». Мальчик с Гриффиндора старше малышки Дэйзи на два курса; даже уже само это удивительно, что мальчишка старше спелся с девчонкой младше. Может быть тебе понравилось, как искусно я отдавила тебе ноги в первый день нашего знакомства в ответ на нехорошую шутку. Может быть, что-то другое, но последующие четыре года мы оставались непревзойденным комедийным дуэтом коридоров Хогвартса. Танцевали, веселились, разыгрывали одногрупников, ввязывались в просто невероятные истории. Слушали самую лучшую в мире музыку и наслаждались юностью. 

 

Лав, тебя не хватает.
Твой всё еще друг, рыжая-ромашка!»


[indent] Ни к внешности, ни к имени, ни к работе/профессии персонаж не привязан, как теленок к забору. Твоё право изменить любую деталь и сторону в наступившей войне. Единственное, что нужно попытаться соблюсти — возраст персонажа с его прототипом, тут строгая администрация будет бдеть и днем и ночью. Я вижу Лавраса весёлым разговорчивым парнем, у него всегда какие-то идеи, движение, попытки вырваться вперед, вдвинуться по карьерной лестнице, заработать больше денег, влюбить в себя самую прекрасную девушку/юношу. Романтическую линию могу предложить только детскую/подростковую, и только со стороны Лавраса; то есть, если есть желание, Маргарет может быть первой любовью Лавраса. Если не подходит, то — лучшим другом, который в некоторые моменты был весьма ошарашен действиями Дэйзи и романом в четырнадцать с преподавателем (ставшим впоследствии её супругом); да и казусные, веселые моменты, школьные проделки, обещаю. В будущем/настоящем можно не поддерживать отношения или заполнить их какими-то негативными моментами, но мне всё-таки хочется хорошего друга в пожизненную эксплуатацию.

[indent] Приходи в гостевую, мы тебе сразу всё подберем, расстыкуем и если надо женим на приличной девушке/юноше. А если хочется стекла, то просто беги ко мне быстрее, я самолично натолку его для тебя этими нежными ручками!

ПРИМЕР ИГРЫ

[indent] — Ты правда! Чего в этом доме нет, так это возможности заскучать или остаться наедине, — Маргарет смеётся, откидываясь на спинку мягкого кресла, предусмотрительно подставил под спину крохотную подушечку, и перекидывает ногу на ногу. В руках чашка ароматного чая, то что нужно в зимнюю стужу, на губах веселая улыбка. — Конечно оставайся! В любом случае. У меня есть прелестная бутылочка шэрри припрятанная как раз на случай особых гостей. Да и Освин обрадуется твоей компании, если, конечно погода не распорядится на свой лад.

[indent] От камина приятно обдавало волнами жара; в гостиной витает особенный еловый аромат и сухих недавно принесенных поленьев, сейчас сложенных в уголке в специальную металлическую корзинку. Маргарет немного повернула голову, чтобы насладиться танцем языков пламени и ухмыльнуться, каким-то своим мыслям.

[indent] — У нас из алкогольных подарков ничего не задерживается. Дай Мэрлин если удастся что-нибудь припрятать, иначе за милую душу и добавка ещё потребуется!

[indent] Актеры и музыканты не уступали по выпитому самым отъявленным представителям разных питейных заведений. Веселились до упаду, заводили новые интрижки и всегда разыгрывали совершенно новый спектакль-импровизацию; то чья-нибудь жена заскочит на огонек и устроит скандал без прелюдии застав своего супруга в объятиях томной блондинки из массовки, то режиссер предастся неожиданной меланхолии зачитает пару-тройку страниц из классики. Скучать не приходилось, а вот наливать постоянно.

[indent] Маргарет следует примеру Амелии ставит пустую чашку на столик и запускает пальцы в мягкую шесть Бэни усевшегося у самых ног хозяйки; тот радостно виляет хвостом, не выпуская игрушку из зубов, ожидая, когда с ним наконец-то изволят поиграть. Конечно, спустя минуту другую он заваливается на бок, одним глазом косясь на присутствующих, но решая немного вздремнуть. Набраться сил. Выпущенный из зубов мячик, подпихнутый мощной лапой стремительной, катится под диван.

[indent]  — Раз мужчины взяли самоотвод, как всегда, впрочем. Предлагаю стрясти с них втридорога за хлопоты!

[indent] Маргарет тихо смеется, прикрывая ладонью рот.

[indent] На столик между девушками ложится колдография из семейного архива Боунсов. Маргарет берет её в руки и внимательно рассматривает: Чарльз и Сьюзан. Молодые, свежие и прекрасные. На этом снимке у них ещё полжизни впереди, дети, конечно в основной своей массе уже взрослые. Да и лет они уже провели вместе немало, но всё равно осталось между ними та особенная химия, которую не в каждой паре увидишь. Маргарет улыбается. Всё-таки прекрасно прожить столько лет вместе и остаться друг друга не просто соседями, а любимыми. Любовниками.

[indent] — Художник-портретист, да? В академии, хотя — нет. У того парня были явно проблемы с головой, — шепчет задумчиво Маргарет, а потом словно спохватившись, что она не одна, поднимает глаза на Амелию, улыбается уже ей, добавляет. — Спрошу в театре; у нашего дирижера очень много знакомых! Что-нибудь придумаем. А что насчет ресторана или всё-таки лучше дома?

[indent] Маргарет возвращает колдографию на столик и, казалось бы, простой вопрос от Амелии неожиданно вводит Мэгги в некоторое замешательство. Долго и счастливо, да Освин Боунс, мы проходили такой урок очень много лет назад. Ты помнишь?

[indent] — Я представляю, да — роскошь любить вопреки, по прошествии стольких лет, — честно отвечает Маргарет. — Через сорок пять лет спросишь меня, как это было и обещаю честно ответить.

[indent] Боунс прячет неловкую улыбку обращая взор к камину. Буквально ещё на одну секунду. Маргарет уже двадцать один и всю свою жизнь она знает только его, любит только его, принадлежит, правда чуть меньше, но тоже, только ему. Может ли этот путь считаться за часть пройденного пути? Трудное прошлое и видимые препятствия не развели двоих по разным тропинкам судьбы, так может она, Маргарет Боунс, через сорок пять лет совместной жизни получить на годовщину портрет. Из далекого прошлого, из прекрасного места, крепко держа супруга под руку. Отличная мечта, да Маргарет.

[indent] Только вот — никаких заботливых детей и внуков. И сердце болезненно ёкает в груди и Маргарет чувствует, как дрожат губы, а пальцы тянутся к медальону на длинной цепочке с единственной фотографией себя с недвусмысленным животиком на ней, крутящейся перед колдографом и Примроуз по ту сторону. Единственному свидетельству о существовании Генри, частички сердца и души Маргарет.

[indent] Неожиданно притихшая Амелия заставляет взволнованно взглянуть в её стороны. Только волнение пропадает также быстро, как повисает в воздухе и Маргарет только расслабленно выдыхает. Всё хорошо, она просто слишком углубилась в собственные мысли. Мэгги выпускает медальон из рук и наливает девушкам ещё по чашечке чая.

Может быть миссис Боунс упоминала что-нибудь особенно в разговоре? Украшение или предмет гардероба; о-о, я недавно в витрине одной лавчонке видела прекрасную брошь в форуме стрекозы — та так элегантно трепетала крылышками на свету.

0

35

HAVE YOU SEEN THESE WIZARDS?

https://64.media.tumblr.com/5d1b06a3a18e1a39c7b6611c3cc55609/tumblr_osomqewikx1s8d8swo2_400.gif

CYGNUS III & DRUELLA BLACK, 54 & 51
ЧИСТОКРОВНЫЕ — ГОРЕ-ИНВЕСТОР И ПРОЖИГАТЕЛЬНИЦА ЖИЗНИ — RUFUS SEWELL & GILLIAN ANDERSON

CYGNUS III BLACK

[indent] Все  в этой жизни должно было быть не так: Сигнус не должен был становиться главой семьи, но надо же было Альфарду налажать так, чтобы его мать собственной рукой выжгла с фамильного гобелена. Тогда никто не мог сказать, что это будет не в последний раз, но тогда никто не мог вообще ни о чем подобном подумать. Судьба сыграла злую шутку с Сигнусом и вместо того, чтобы жить в свое удовольствие, он вынужден был постигать азы управления родом, который ему и не сдался. У Блэков вообще, поговаривают, женщины сильнее мужчин, но Ирма в девичестве Крэбб, вот и кровь ее влилась новой струей, била фонтаном в Вальбурге, а Сигнус... ну он третий Сигнус в роду, кажется все сказано этим.
[indent] Невесту сыну выбирает мать, в поле зрения Ирмы попадает юная и свежая Друэлла Розье. Легким движением руки начинается подготовка к свадьбе, и Сигнус, в общем-то и не жалуется - Дрю хороша собой, остроумна, у них даже начинается нечто, что в аристократических кругах шепотом зовут любовью. Сигнус в это верит, он крепко сжимает руку своей нареченной по пути к алтарю, уверенный, что с этого дня дорога будет усыпана розами, но как-то подзабывает, что у роз есть шипы, и на них не стоит наступать. На миг ему кажется, что железная опека матери и старшей сестры закончится, ведь Ирма передает сына в другие руки, а у Вальбурги свой слабохарактерный муженек имеется. Но это не путь к победе, и осознание еще впереди.

DRUELLA ROSIER

[indent] Друэлле нравится ее жизнь, полная безделья: свободного времени масса, в голове благословенная пустота. Нет, Дрю не глупая, отнюдь, но она привыкла, что все могут решить отец, мать и старший брат. Зато она может тратить сумасшедшие деньги в магазинах не только Косого переулка, но и в магических кварталах Парижа, Праги, Барселоны, путешествовать вовсю, наслаждаться жизнью. Призывно улыбаться Константу и думать о том, что это не закончится никогда. Но даже когда это заканчивается объявлением о браке Дрю с Сигнусом Блэком, она принимает это достойным образом.
[indent] Ей, конечно, везет: Сигнус молод и хорош собой. Самое сложное подружиться с его матерью и сестрой, и если Ирму удается расположить к себе, то о Вальбурге подобного не скажешь. Но Друэлла не была бы собой, если бы не сумела справиться со всеми неловкими ситуациями, а чтобы закрепить эффект, она еще и соблазняет Сигнуса за месяц до свадьбы и под венец идет беременная. Конечно же, об этом знают все: и свекры, и муж будущий, и его ненаглядная сестра.

CYGNUS III & DRUELLA BLACK

[indent] Сказка заканчивается с первыми неудачами Сигнуса на бизнес-поприще. Как ни странно, это совпадает с моментом рождения старшей дочери, наверное, поэтому отец нарекает Беллу вестницей проблем. Почти что правда. Очень быстро чета Блэк тонет в собственных желаниях: между первым и вторым ребенком они успевают прокутить и потерять часть состояния, но все еще можно исправить. Было бы. Дрю рожает Меду, а потом решает, что ей не интересно уже бегать по магазинам, скупая столько вещей, сколько в доме не помещается. Теперь ее новая любовь азартные игры, само собой, для которых нужно каждый раз новое платье. Миссис Блэк успешно делает вид, что ее муж преуспевает в бизнесе, Сигнус успешно теряет очки в новом деле раз за разом, и все заканчивается тем, что Блэк-Холл уходит по залогу в Гринготтс - привет, дом на Гриммо и тесные комнаты. Сигнус кается жене, прячет лицо в ее коленях и обещает, что он все исправит; Дрю гладит мужа по голове и верит в это, но уезжает погостить у брата, а спустя девять месяце рождается Цисса. Сигнус даже не подозревает о своей возможной непричастности к появлению на свет младшей дочери, его вообще мало волнуют дочери, какой с них прок. Нежность к Дрю переходит на Циссу лишь потому, что она вылитая мать, чего не скажешь о старших дочерях.
[indent] В какой-то момент Сигнус понимает, что в руках у него товар, который можно не дурно продать. И первой на торги выставляется Белла. Но и этот бизнес-проект терпит крах, хотя по факту, Белла приносит семье больше, чем должна была - Рудольфус откупается круглой суммой за будущую жену, которой хватает на новые половики и платья. Дрю выбирает дочери свадебный наряд, но нити отношений натягиваются: Белла уходит в дом мужа, и крайне редко переступает порог Гриммо, все больше приглашая к себе сестер, но не мать с отцом. Спустя несколько лет очередная идея брака, теперь уже Меды, терпит фиаско, но успех Беллы повторяет Цисса. Сигнус и Дрю смело считают себя удачливыми родителями, по крайней мере, на людях; на те деньги, что еще есть, глава рода снова придумывает новый прожект, а Дрю выбирает себе платье и вино подороже, у нее иные планы.


[indent] Наверное, вы решите, что картина нарисована неприглядная, но посмотрите на это с другой стороны: несмотря ни на что, Сигнус и Дрю сохранили определенную нежность друг к друга, а, возможно, даже любовь. Они не плохие, просто они хотели жить по своим правилам, а вышло так себе. Дрю умирает со скуки, Сигнус одержим идеей бизнеса. Им обоим повезло в том, что они нашли друг друга, и обоим не повезло в том, что оба забыли - хранилища Блэков в Гринготтсе не бездонны. Но несмотря на проблемы, между ними мне бы хотелось видеть нечто, что до сих пор их держит вместе и вопреки всему, и это не ненависть и безвыходное положение.
[indent] У нас имеются все три дочери и пара зятьев, а так же оба два племянника. С ними со всеми отношения стоит выяснить в личном порядке, что касается Беллы, то она никогда не простит им нищету, в которой жила лет с пяти, ненавистный особняк на Гриммо и попытку продажи ее замуж за старика, от которого ее тошнило. Она никогда не простит того, что стояла перед отцом на коленях, пока мать опять играла в карты где-то на другом краю города, и за это она будет требовать оплату. Пусть Белла добилась своего и получила мужа, которого и хотела и достойна, память у нее длинная, а месть - это блюдо, которое едят холодным. И родителям она будет мстить.

почему руфус и джиллиан и вам меня не переубедить

https://64.media.tumblr.com/92eaeaa33e2899f1e78c76b60e72a993/tumblr_n6sz92VLOm1r4ina5o1_250.gifv https://64.media.tumblr.com/b27ec723776102709f5a5423690c91b2/tumblr_n6sz92VLOm1r4ina5o2_250.gifv
https://64.media.tumblr.com/c85dd39c5ab2879c45c50e52bcc40e77/tumblr_n6sz92VLOm1r4ina5o3_250.gifv https://64.media.tumblr.com/87565990ae8b16b55a85523777bed790/tumblr_n6sz92VLOm1r4ina5o4_250.gifv

ПРИМЕР ИГРЫ

[indent] Жизнь всегда разделяется на до и после. Смещаются события, выныривают вопросы, бьется о ребра гулкими ударами сердца в очередную потерю. Кровь, боль, жалость, ненависть - Белла ненавидит себя, а затем и весь мир вокруг. Винит его за то, что не может выполнить обещание кровью выведенное магическим контрактом уже почти десять лет. Ждет момента, когда Рудо убьет ее во имя нового брака, и снова переживает кризис с некоторым удивлением в глаза. Немым вопросом "почему?", который озвучивать смысла не имеет - муж не ответит, и к этому тоже привыкаешь.
[indent] Ее дни делятся на хорошие и плохие. В хорошие дни она вспоминает, как улыбаться, в хорошие дни она что-то может. Но плохих дней все еще больше, они тянутся зыбкой вязью орнамента траурного платья, в который снова кутается Белла, срастается с черным цветом, тот словно отражает душу. Черный и Красный. Черный - как плохие дни. Красный - как ее собственная кровь, каплями в который раз орошающая подол платья. Все снова возвращается на круги своя, словно, кто-то проклял, не то саму Беллу, не то Рудо, но винить она себя, так проще, так удобнее.
[indent] Плохой день гонит собой прочь из тлена Лестрейндж-Холла, когда часы набатом бьют в сознание, и уже нет сил прятаться под одеялом холодной комнаты с погасшим камином. Битая посуда, битые вазы - осколки впиваются в босые ноги, остаются следы на набивном паркете холла, к моменту, когда Белла вернется, ничего не остается, ни одного напоминания того, что сегодня ее бешеный норов болью выплескивался в реальность, доводя до исступления сломанными ногтями и рваной тенью закушенной губы. Холод улицы отрезвляет, цели нет - но ее никогда нет в плохие дни; пальцы сжимают палочку в желании устроить предсмертную бойню десятку счастливых людей, увы, страх выветривается слишком быстро. Дни после терактов прошли в никуда, оставив за собой легкий дымок личных утрат для кого-то, но люди снова тянутся из тепла своих нор туда, где их много, где можно жить, впитывая чужие эмоции. Те самые, что невольно царапают изломанную и избитую душу самой Беллы. Ей хочется кричать, да так, чтобы стекла в окнах лопались; ей хочется чужой смерти с предсмертными хрипами, чтобы снова начать дышать. Излитое пустотой горе не спасает просто так, цена всегда в крови и боли. Завтра будут успокоительные зелья, завтра не будет бессмысленных блужданий по переулкам собственного безумия, которое цепляется за подол мантии, карабкается по руке на плечо, шепчет-шепчет-шепчет.
[indent] У безумия голос Алекто, аромат ее духов - она нарушает границы, заставляет отшатнуться от нее, но цепким браслетом хватка пальцев мешает. Ее голос пьянит и без того нетрезвую болью Беллу, она ненавидит бесцеремонность Кэрроу, с которой та вторгается в ее личное пространство:
[indent] - Отстань, - шепчет раздраженно, но Алекто ядом проникает в душу, сливается с тем, что там уже плещется. Кончики пальцев скользят по ожерелью на ее груди, восхищение красотой его смешивается с брезгливостью к воровству, но и к этому привыкаешь. Кто-то коллекционирует палочки убитых им жертв, кто-то оставляет себе вещи жертв пыток, Лекто забирает то, что ей нравится. Белла все еще стремится делать вид, что хорошие дни позволяют ей забыть о плохих, коллекций нет, но жажда крови травит и манит согласиться на предложение Кэрроу - та знает, что предлагать.
[indent] Дыхание Лекто щекочет лицо; Белла вздергивает подбородок, по спине пробегает дрожь раздражения, проклятье, когда же она поймет, что ее тошнит от чужих почти прикосновений. Только Рудо, только он, но раздражение тянет на обратной, то ли ударить Алекто, то ли поцеловать, чтобы отстала. Дрожь отпускает, и Лестрейндж выдыхает:
[indent] - Пойдем.
[indent] Ей нужно это, до дрожи в пальцах нужно. Она искала жертву, она ее получит, и ей все равно, что кровь портит мантию. Не ту, что предназначена маске, маски с собой нет. Но если никто не выживет, то она и не нужна. Впрочем, всегда можно скрыть себя иллюзиями, чарами, магией, если понадобится. Пальцами цепко сжимается запястье Лекто, отталкивает ее от себя, молча, без слов.
[indent]  [indent] Хлопок аппарации, рывком выплевывает их в место без названия.
[indent] Белла не запоминает ни городов, ни улиц, не запоминает ни домов, ни лиц. Под ногами похрустывает снег, все глубже, белее, готовый принять на себя последствия решений, бликует желтыми просветами окон. Семейная идиллия рассыпается алыми искрами ненависти, словно выступает контрастом пустоты и холода Лестрейндж-Холла - ее дом способен жизнь высосать, как и случилось с ее предшественницей, но Белла ему не по зубам, в ее жизни был склеп унылее. От пустых и сухих лоз, ползущих по покрытой инеем стене становится горько, изваянием рядом замирает Лекто - ждать Лестрейндж всегда не умела, но учится снова и снова. Холод прокрадывается внутрь, но изнутри давно холоднее,  она ничего не чувствует. Смотрит невидящим взором, пока мысленно отсчитывает минуты до момента вторжения в сладкую обитель счастья. Еще рождественские украшения не отжили свой срок, дальним светом мелькают сквозь деревья на дороге, ведущей дальше, но гостьи туда не пойдут. Вестницы смерти, словно вороны, готовые исполнить долг без тени сомнения. Белла ступает по снегу, когда приходит время, будто бы и не звучали слова Алекто, но ее улыбка становится ответным отражением, сладость безумия выбирается из кокона запретов.
[indent] - Надеюсь, иначе придется найти другую жертву, чтобы не забыть снова.
[indent] Дверь не скрипит. Тепло чужого уюта предательски лижет ноги, обутые в драконью кожу сапог. Белла все еще улыбается, когда кончик палочки выравнивается: перед ней гостиная с камином, где пляшет огонь вовсю, ароматы прошедшего ужина свиваются в радость отдельной маленькой семьи. Топот детских ног бьется проклятьем о ребра, Белла шагает вперед, замирает на пороге, ловит удивленные взгляды:
[indent] - Выродки, - шипит, не сдерживается, а заклинание летит стремительно в обездвиживании мужчины, женщину Белла оставляет Лекто. Взгляд, полный ненависти, замирает на испуганной девочки, со смоляными волосами, и Лестрейндж безотчетно делает шаг вперед, забывает обо всем. Девочка, такая чудесная, такая прелестная, такая, какая должна была быть у нее - и все снова разбивается осколками несбывшихся надежд. - Познакомимся, дорогая? - Она протягивает руку в перчатке, раскрытой ладонью, сдвигается к девочке, пока та испуганно вжимается в кресло.
[indent] Где-то всхлипывает ее мать, где-то с трудом от страха дышит ее отец, а Белла жадно пожирает ребенка взглядом - вечер начинается так, как нужно.

0

36

HAVE YOU SEEN THIS WIZARD?

https://64.media.tumblr.com/5503977ecefc300d383eb2d9886fa084/tumblr_olis9fl54X1qz7co9o6_100.png https://64.media.tumblr.com/bb2449fe0c2ed770f188acc387a5f46a/tumblr_olis9fl54X1qz7co9o5_100.png https://64.media.tumblr.com/478bd63dbb2767a1845149776c6958fe/tumblr_olis9fl54X1qz7co9o8_100.png

waiting for molly weasley

fc: eleanor tomlinson or jessie buckley

Arthur Weasley написал(а):

● У Молли, на минуточку, пять детей. Вы можете спросить: погодите-ка, что значит "у Молли"? А вот так, Артур занимают нишу вождя утренней газеты и раздавателя суровой отцовской затрещины. Другими словами, в мирное время Артур - это хороший бобби и показывают зубы только по приказу Молли. Во времена похуже динамика слегка меняется, но любовь и взаимопонимание остаются, ми-ми-ми.
● Молли, прямо скажем, знала на что шла и сознательно привлекла Артура как опытный охотник фазана. Артур, как полагается огорошенной птице, на зов откликнулся и начал водить вокруг нее хороводы в манере сдержанной и слегка кастрированной. В общем, по всем правилам сурового английского интеллектуала без гроша в кармане, но с манерами.

И без лишних слов:

как водится кусок анкеты from spark to flame

Молочные ладони, ярко-красный лак на ногтях и угрюмый взгляд из-под кривой челки.
— Четвертый курс и ты сам должен об этом знать, префект.
Артуру плевать, но он терпеливо улыбается и гонит девчонку с подоконника. Это Молли Уизли и до самого (его) выпуска из школы она будет хранить верность своему дурному настроению и одному большому секрету, известному каждой душе в школе. Кроме Артура. Потому что Артуру плевать.
Она не будет обращаться к нему ни по имени, ни по фамилии, только «префект», и в ее устах будет столько же яда, сколько Малфой приберегает для светского: «А, Уизли».
Молли откроет тайну на последнем балу, сожмет его руку в потных тисках и так и замрет, влажно поблескивая глазами в полумраке. Артур очень удивится, осторожно положит руку поверх ее и откроет рот, чтобы пригласить Молли на танец. «Как полагается джентельмену», — подумает он. Но Молли будет полна любви и огневиски, и ей, как всегда, не будет доставать терпения и такта, поэтому вечер расцветет на его глазу лиловыми красками. Молли подхватит шуршащие юбки точь-в-точь как делала его почтенная бабка и Артура проберет странная нежность. Его не смутит сравнение Молли с покойной бабулей, он подумает лишь, хихикая: возможно, он не чужд извращениям. Весь вечер Артур просидит за столиком под кроной дерева в полном одиночестве, гадая насколько чужда извращениям Молли.
Ночью Артур, покачиваясь, пойдет к озеру и заметит блестящее облако кроваво-красной ткани. Оно будет выть и копаться в земле, но в свете новой луны разобрать ничего не получится, поэтому Артур наугад позовет облако по имени. Облако затихнет, поднимет голову и очень медленно повернет голову. Артур подойдет ближе, опустится на колени и возьмет Молли за руки. Она расплывется в счастливой улыбке, утрет нос, а затем ее вывернет.
Это положит начало всему.

• Всю ту ночь они провели, прячась от завхоза в темных коридорах и заброшенных классах.

В качестве альтернативной внешности предлагаю jessie buckley, [x], [x], [x]
Спонсор этого эфира попсовый shut up and dance with me от walk the moon

[indent]

Frank Longbottom написал(а):

молли уизли-пруэтт — прекрасный образец (идеал) матери и жены: невероятно сильная, смелая и упорная женщина, которая никогда ничего не боялась (ну или хорошо это скрывала). ей не было страшно оставлять отчий дом, ради уизли, она не боялась плохой репутации семьи будущего мужа и её мало волновали деньги. она всегда была выше и лучше этого. поэтому давайте не будем делать из неё ограниченную оптимистичную домохозяйку с замашками домашнего тирана — молли сложная и от этого ещё более интересная и многогранная;

дальше — может молли не такая боевая единица для ордена, как беллатрикс для пожирателей, но она не менее талантливая волшебница; безусловно, с животом и пятью детьми наперевес ей, скорее всего, нет места на передовой, но мы придумаем, как грамотно ввести молли в общий сюжет и сделать её более живой, чем показано в каноне (и фаноне);

у меня в голове пока есть два чётких хэдканона (которым можно не соответствовать, но вдруг). первое: молли и её братья — родственники фрэнка (вероятнее всего кузены по материнской линии). второе: молли — детская влюбленность фрэнка; они ровестники, поэтому скорее всего много времени проводили вместе (в детстве или в школьные годы);

да, заявка не полноценный нужный (да по сути вообще не заявка), но я бы очень хотел увидеть молли на проекте и буду рад составить компанию в эпизодах прошлого/настоящего/альтернативы. бонусом к этому хочу сказать, что буду любить вас очень сильно (безмерно), если вам понравится вариант элинор томлинсон как молли, ибо более подходящего лица (по моему скромному мнению) для миссис уизли не существует;

просто хочу сказать — приходите, даже если не играли молли, но хотите попробовать (она очень классная); у нас много хэдканонов, классных идей, ну и вообще мы очень хотим сыграть [хэд]каноничный орден, который будет страдать в правильном направлении;

ps. вариант с джесси люблю и поддерживаю! (кто я вообще такой чтобы перечить мужу молли), но! если што посмотрите на прекрасную eleanor tomlinson в poldark (да и вообще). она просто wow-meow!

0

37

неактуально

Отредактировано never die (18-09-2020 03:17:28)

0

38

HAVE YOU SEEN THESE WIZARDS?

https://i.postimg.cc/1Xm0RjB5/12.png

https://i.postimg.cc/hGm12xhg/10.png

https://i.postimg.cc/C1HHggjQ/13.png

HEBE CARROW (NÉE YAXLEY), 54
ЧИСТОКРОВНАЯ — БЕЗРАБОТНАЯ — VERA FARMIGA

i know what my fate is, she told me;
and i pushed her down on the knife

когда алекто смотрит в её мягкие, томно прикрытые глаза, она думает о том, как геба слаба. эта хрупкость в твоих зрачках, подернутая розоватой дымкой - любовь? что ты хочешь сказать этими прикосновениями? руки с макушки сходят вниз и путаются пальцами в пшеничной желтизне волос (геба накручивает локон дочери на указательный, будто на веретено), едва задевают покрытые плечи и возвращаются ко лбу; кольца блестят топазами у самого лица алекто, и она вдруг ощущает на своей щеке шершавые прикосновения; отстраняется. обжигающая сухость материнской заботы. словно геба пребывает во сне и лишь рывками выпрыгивает из своего защитного кокона в жизнь, где набрасывается на своих детей в свирепой потребности отдать им то, что в ней уже не умещается - душу, сердце. такие большие и тяжелые, что геба иногда тихонько вздыхает и мечтает о том, как могло бы быть ей невыносимо и неподъёмно, если бы её дети имело то же. но алекто кусается, не впуская мать в свой безликий и полый мир, а амикус показывает кровящую грудную клетку. и как только геба встречает сопротивление, тут же прячется назад, в свои выдуманные реальности, где есть художники, музыканты, ювелиры, маскарады, чаепития и рауты, беспечный смех и ласковые жесты,
а не оскалы.
[indent] гебе страшно рядом с детьми.
но больше всего на свете геба боится выплеснуть на детей всю свою любовь сразу - думает, что задушит, утопит, сожжет их своей навязчивой чувственностью. или они, точно юродивые трикстеры, отразят всё лучшее в ней ужасающими двойниками и обрушат на неё не любовь, а ненависть, не заботу, а презрение, не участие, а безразличие. (но так и есть уже, просто никто не называет вещи своими именами). геба боится, что дети не понимают её стараний, не придают значения тому, как сильно она хочет их поддерживать, оберегать, обожать. как не хочет видеть, что они выросли её наихудшим кошмаром.
геба смотрит на алекто и амикуса жертвенно, как кроткая лань, узревшая лезвие у горла (она понимает, что она - всего лишь крупица в чём-то величественном, и её неучастие - во благо, иначе бы она противилась). она спускает им колкие замечания, своеволие, ярость, закрывает глаза на необычные хобби, даже старательно и весьма успешно делает вид, будто детей не клеймили как скот и они не уйдут на убой при любом удобном их лорду случае. геба не замечает, что алекто говорит с тенями особняка кэрроу как со своими друзьями, облачаясь с призрачные изуродованные отражения гебы как в обереженую ризу, а амикус заговаривает язычки пламени, играющие тенями на стенах, чтобы только геба пугалась и не подходила, ведь амикус может ужалить. геба ничего не замечает, кроме того, что алекто и амикус - её дети. ей больше ничего не нужно знать, видеть и слышать. даже чувствовать.
(страх ползет по позвонкам и заставляет гебу клонить голову к груди, чтобы прятать за любовью в глазах ужас).
сначала геба предпочитает смотреть не за детьми, а магические модные журналы, когда дело касается чего-то серьезнее поцелуев в лоб и трогательных колыбельных на ночь. потом геба решает принимать детей такими, какие они есть, пусть даже они кричат реквиемом чужих глоток и приходят с воспаленными багрянцем руками (у вас были гости? вы порезались? вы гуляли? вы хорошо провели время? иногда алекто хочет сказать: да, черт возьми, сука, хочешь посмотреть, к а к мы проводили время? амикус одергивает и просит маму перестать быть такой доверчивой идиоткой). геба воистину несведущая и счастлива в своём неведении. точнее, она предпочитает думать, что бесполезна (и тем самым защищена незримой силой) в своей наивности (но не безвинности). геба знает, что в родовом поместье кэрроу много ларцов с секретами её супруга и детей, но она слишком робка, чтобы рискнуть приблизиться и повесить на них замки. она старательно отворачивается, но придет день, когда все эти тайны вырвутся и сожрут её с потрохами.
[indent] иногда гебе снится, что алекто оставляет у неё в груди следы красных зубов.
[indent] иногда геба думает, что амикус сбросит её с балкона её собственной спальни.
[indent] алекто уверена, что спасти маму она сможет, только бросив её на нож.
[indent] амикус считает, что маме давно пора спуститься с небес на землю.

ADRASTUS CARROW, 57 *
ЧИСТОКРОВНЫЙ — ВАШ ВЫБОР — MADS MIKKELSEN

lose the hounds that harry your head, line the hollow road with blood,
let the howling reach its crest, all the souls will lay to rest

вино льётся в бокал чернильно-сиреневой эссенцией, как внеземная кровь. адрастас поднимает бокал за упокой.
здесь, на этой бренной, в рытвинах от минувших и будущих боёв и выгребных ямах, земле идёт война, и пока она медленно волочит свои ноги, цепляющиеся за надгробия, и рушит пирамиды из искусственных венков своими длинными руками, что могут дотянуться даже до вершины этой пирамиды, где-то на верхних ярусах пьют вино и устраивают приёмы во имя взбалмошной девчонки.
адрастас любит устраивать для дочери праздники. адрастас подмигивает алекто через зал, минуя изящно убранные головы леди и широкие плечи их кавалеров. он поднимает бокал за неё.
адрастас тщательно оберегает своё величие и не позволяет ни смертным, ни смерти дотянуть до него лапы. по утрам он слышит, как когти скребутся под полом, но помнит, что темницы сегодня залиты грязной кровью и волноваться о кáре нечего. адрасас вообще не рассматривает вариант поражения.
война ходит под подоконником, собирая огрызки и выпрашивая подачки у мунго. оборачиваясь в гнойные бинты с корочкой горелой плоти, поднимая шляпы почивших магглов и наступая на листовки с министерской пропагандой, она вытягивается во весь свой угловато-костлявый рост и смотрит адрастасу в глаза. он преклоняет перед ней колено и возглавляет хаос.
адрастас видит себя впереди всех, кроме темного лорда. ему он кланяется коротко, одним лишь подбородком, но вскапывает ради него весь мир, выкорчевывая старое (магглов), гнилое (полукровок) и призрачное (отжившие своё позволения: любить не тех, следовать не тому, прощать не то). всё это временно, всё это адрастас скормит сначала войне, а потом - смерти. тёмный лорд не узнает свой новый мир.

алекто выливает вино отцу на бумаги, он только шумно вздыхает, когда она обхватывает его шею кольцом рук и целует носом шею. он прощает ей всё. иногда ему кажется, что простит ей даже рожденного сквиба или магла у венца - поиграется и отпустит. адрастас знает, когда алекто останавливается и не злится, только лишь ждёт, когда её утомит то, что ему не нравится. но она никогда не делает то, что ему не нравится. так, по мелочи если только.
[indent] она задевает ресничками его щеку.
[indent] он потирает фалангами в упругой коже её предплечье, где вьётся змей и вдавлен в поры череп.
адрастас гордится алекто даже тогда, когда она пародирует голос лорда, когда приводит на светский раут подружку и когда портит его бумаги, опуская ботинки на рабочий стол. алекто вытягивает ноги и подмигивает отцу. она его любит, можно было бы сказать. даже больше мамы. но в следующий раз алекто повязывает папе на шею удавку и дергает за давно врезанные в его кожу за петельки ниточки. алекто ласково обнимает папу по утрам и дергает за ниточку, когда ей нужны деньги. алекто целует папу в обед и дергает за ниточку, когда ей не нравится новый жених. алекто пожимает папе руку вечером и позволяет ему снять с себя паутину - в кошмарах она всё равно придет к нему и заставит его думать так, как она хочет.
[indent] адрастас позволяет дочери думать, что ниточки существуют.
[indent] адрастас позволяет алекто думать, что она вообще понимает, как им управлять.
адрастас не зарекается больше не потакать краткосрочным капризам дочери - ему нравится её баловать. он покупает ей новые туфли и даёт новые адреса. спускает с поводка, натравляя на паршивую кровь. её каблуки - колокол по павшим, и ему нравится вспоминать, вытягиваясь в кресле и прикрывая глаза, как своей первой жертве алекто вдавила каблук в солнечное сплетение. он полководчески наслаждается своим трудом - он вырастил из дочери воина, каким был бы его сын. каким стал и амикус тоже. его чада - его войско, и таких, как они, единицы и в то же время - легион. незаменимые.
[indent] но военачальники не предают своих воинов.
[indent] а если и предают, то следом сами вздергиваются к небу и закатному солнцу бескожные и за лодыжки.
алекто часто дышит и надувает губы, её щеки наливаются кровью, и нога топает на месте. адрастас усмехается её детской злобе - она получила даже то, чего не хотела. алекто стирает с лица адрастаса улыбку звонким щелчком ладони. она хочет, чтобы он извинился, чтобы она его никогда не простила.
он продал её. не просто выставил на торги как товар, как мясо (он так сделал ранее, как и всех невест на выданье в своё время), а програл, как один из многих чеков. словно она уже не уникальна. словно больше не принадлежит ему, своей семье. алекто знала, что ей принадлежала вся эта семья, и она готовится как раньше протянуть свои руки к ниточкам папы, мамы и амикуса, но в следующую секунду ей хочется отрезать их и бросить три тела в колодец. так она ненавидит то, что придется селиться в другой семье. она не хотела.
[indent] не хотел даже адрастас.
она больше не приходит в его кабинет, не садится на колени и не целует в щеки, не крошит на бумаги круассан с клубничным джемом, не выпивает весь его кофе с капелькой огневиски и не оставляет в его кресле свои шейные платки с соболиной отделкой. она часто бывает в саду и мысленно роет папе могилу под вишней. алекто даже больше не называет адрастаса "папой".
[indent] и скучает.

AMYCUS CARROW, 32 *
ЧИСТОКРОВНЫЙ — БЕЗРАБОТНЫЙ — EAMON FARREN

don't leave me half-hanged like the witch in the dark,
this place grows colder, as strong as we are, with every rough swing i struggle through it;
are you still there?

амикус - это темный лес, ломаные ветки, впивающиеся в сало под ребрами; амикус - это топь цветущих озер и вересковых пустошей, горящий торф и потонувшие кости.
амикус в детстве пугал алекто, но она не поддавалась. он её обнимал - она брыкалась и пыталась улизнуть. он ей говорил, что так будет лучше, но она делала всё по-своему, а это значит - наперекосяк. алекто оспаривает неоспоримое и кривит лицо от настойчивости его повелений. ставит амикусу подножки и смеётся, когда он ломает ей ноги. алекто залезает к амикусу в карманы и выбрасывает имена всех его подружек салфеточными поцелуями. алекто забирается к амикусу под одеяло и слушает, как он рассказывает ей истории голосом из детства.
раньше его голос тоже её раздражал.
алекто отмахивается, когда амикус поправляет на её талии шнуровку подвенечного платья (затягивает ýже, словно хочет, чтобы она навсегда осталась в этом платье, навсегда осталась только невестой) и предлагает заказать вместо марша - реквием (маме бы понравилось, отец бы посмеялся). алекто оголяет один клык и прикусывает губу - она хочет, чтобы амикус уехал вместе с ней в чужой дом. не потому, что дом чужд, а потому, что иначе амикус тоже отправится в чей-то дом. станет чьим-то ещё.
алекто, в общем-то, плевать (она себя убеждает, втирая углем это в кожу до последовательного шрамирования поверхности - эта память останется с ней навсегда). алекто интересн фрэнк или никс, а амикус... а что амикус? амикус? она укладывает голову ему на плечо и хочет залезть пальцами под лопатку, прощупать сердце и забрать его себе приданым.

амикус - это темный лес, и все острые ветви наконечниками стрел вонзаются только в алекто. так она думает, собирая коленками, щеками и ладонями его колючки. хохочет, проглатывая воздух вместе с его дыханием, чтобы эхо раздавалось во тьме и жило в чужих ушах, билось равномерным боем циферблата, отсчитывающего мгновения до конца - когда лес сгорит.
[indent] надолго ли амикуса хватит?
алекто манит его к себе и тут же отвергает, не слушает советы, использует как живой щит, когда пытается скрыться после неудачной дуэли. она подставит противнику братский висок, лишь бы выжить.
[indent] надолго ли амикуса хватит?
[indent] амикус не умеет терпеть, но любит прощать алекто.
алекто, скрючившись в кресле спальни, растирает брату ладони, когда в доме холодает, и залезает к нему в парнýю ванную, а потом говорит, что не будет ночевать дома (когда не появляется он, она скулит у его двери - он почему-то не открывает, хотя сидит по ту сторону в полной тишине). она кусается, потому что от амикуса её тошнит. она толкается, когда амиус в бешенстве от неё.

амикус - это пылающий суходол. колючая проволока на шее. веревка на запястьях, срастающаяся с кожей. амикус - это бесконечный взрыв, и алекто ощущает звуковые волны ежедневно, прячет уши за пальцами и тонет. она морщится и бьёт его по щеке, выкручивая руку, если он снова пробует замахнуться. амикус сжимает челюсти, выпускает когти и ищет артерии, как учил отец. кто же знал, что лучшие ученики адрастаса станут грызть глотки друг другу.
и только амикус не уверен, что хочет дойти до конца, выбив сестре с каркаса позвонки.

амикус - это устланный мертвыми тушами берег, опустошенное море, остров, населенный чудовищами. алекто знает их всех и каждому жаждет раскроить череп, если полезут к ней и оставят ожогом след на коже. ей хватает общей метки.
амикусу не хватает всего.


геба:

геба - это внутреннее противостояние, это дремлющее непринятие устоев кэрроу и всего положения их ментальных и политических дел на данный момент. и, боюсь, её дремота - это навсегда. то есть геба самостоятельно не решится сказать что-то в противовес любому члену своей семьи. геба - это личина с "да" на лбу, потому что так спокойнее и проще.
она очень сильно сбегает в свою погоню за дорогими украшениями, нарядами, предметами интерьера, картинами, скульптурами, растениями и проч., чтобы заблокировать в своём сознании происходящее в её реальном мире. её дети и муж - чертовы садисты, эгоисты, маньяки, массовые убийцы, террористы, нимфоманы и хрен знает кто еще хд короче, геба - нормальная. и очень не хватает в её жизни нормальности. она - совершенно обычная женщина светского общества, которая хотела мужа и ребятишек и жить до старости в роскоши и прелести бесконечной и взаимной любви. она - эмпат и очень светлый человеколюбивый человечек. и она не получает ни взаимности, ни понимания, ни поддержки ни от кого. я говорю про настоящие чувства. геба ведь прекрасно знает, что все вокруг неё брызжут ложью даже в словах "доброе утро".
я долго думала, что же нам с матушкой играть, и придумала. когда-нибудь я её убью с: ну, вас то есть, если ты, мам, читаешь с: вот, хочу. я думаю, что у алекто произойдёт такой сдвиг в башке, что она просто устанет притворяться рядом с мамой, что всё у нас воздушно и прекрасно, и так чудесно, мам, ты живёшь в своих мирных и безопасных реалиях, но давай к нам, а. потому что алекто тоже играет роль рядом с гебой - обнимает её, говорит комплименты, делает приятные подарки, - но это до поры до времени. алекто в один день может просто взорваться и выложить маме всю подноготную её пожирательской жизни, а то и сводить с собой на резню.
мне не нравится долгий процесс психологической ломки, поэтому если алекто взбесит поведение гебы (её более отчаянные попытки выставить себя адекватным и спокойным человеком, который просто мимо вашего этого кровавого трэша проходил), то она метко всадит ей клинок под ребро и пойдет пить чай.
но могу точно сказать, что в ближайшее время я продолжу маме подыгрывать и беречь её кокон якобы неведения и непричастности. пусть геба придумывает себе, что её дети и муж - обычные и совсем не фашисты. но еще раз - это весело и не обременяет алекто до определенного момента.
х. обсудим это, я открыта для предложений.

адрастас:

просто запомните одно, молю: папа - не тиран. образ может быть слизан с ганнибала, я его люблю, но никакого насилия по отношению к жене и детям, это принципиально. вообще, мне постоянно хотелось написать, что алекто любит адрастаса, я аж забыла, что она так не умеет хд в общем, да, между алекто и адрастасом очень трепетная и нежная чувственность, сугубо отцовская и сугубо дочерняя. разумеется, это игра, но она им обоим нравится, потому что они чудесно сожительствуют и прекрасно воюют вместе, не мешают друг другу, не упрекают, не дразнят, не издеваются. а если и балуются таким, то это мгновенно, молниеносно, как шутка. вот так я хочу. а вообще, это надо дорабатывать и развивать круче и умнее, чем мы с вами и займемся.
адрастас мне видится таким же ограниченным в эмоциальном плане, как алекто, но он, конечно же, разумнее, расчетливее и мудрее - он холоден и безразличен, но понимает правила общества и умеет находить короткий путь манипуляции во имя желаемого, поэтому подстаивается под среду и может быть крайне обаятелен, харизматичен и открыт в любой дружественной обстановке. но в следующий момент может закрыть избранное слабое звено этого самого общества в клетке своей кровожадной жестокости и испепелить.
алекто не разбирается в политике, а вот боевая единица из нее выйдет, так что у меня хэд, что какое-то время в прошлом адрастас выгуливал дочку на кровавые задания под своим непосредственным руководством. короче, вместе хочу отыгрыш с бойней, мяу.
вы вольны сами выбирать степень своего властолюбия и размах своих амбиций, но всё же не хочется, чтобы кэрроу сдвигал волдеморта с пьедестала даже в своим мечтах.
х. важно! адрастас примерно до конца 1978 был игроком в карты. не хочу, чтобы был завсегдатаем таким встреч и часто проигрывал хд но факт самой игры уже канон, ибо однажды (в чудовищный день для отношений адрастаса и алекто!) мистер кэрроу проиграл мистеру пьюси свою дочь. хм. уж не знаю, сколько там папенька выпил и каким боком сел в эту лужу, но задолжал так прилично, что неприлично дорого пришлось за это платить. пьюси хотел возвышения по аристократической лестнице и заполучил для сына богатую (полагаю, настолько, что богатую даже с уплаченными долгами отца) невесту.
хх. всё обсуждаемо, кроме последнего пункта и набокова между строк  http://funkyimg.com/i/2vVov.png (да, я обнаглела, и что вы мне сделаете, и так уже продали этим пьюси :с ).

амикус:

мальчик мой, вместо приветствия я сразу жду пост, ибо играть я с тобой планирую долго, серьезно, искренне и смело. если мне не понравится, не обессудь. а так вообще я бываю очень даже милой и смешной (нет), так что не бойся, проходи, кидай мне телегу, предложения и вопросы.
а если кратко об отношениях - никакого инцеста. но обязательно - неоднозначные вайбы. между братом и сестрой кэрроу довольно тесная связь на грани духовной (амикус отлично знает алекто и чувствует, будто даже на расстоянии, как ведет и будет вести себя сестра, будто они близнецы), и они вполне свободно и бессовестно нарушают личные границы друг друга (алекто может позволить амикусу войти в ванную, если сестра не одета, а амикус в момент гнева может начать алекто душить под её смех); мне жизненно необходимо больше тактильности.
х. важный для меня хэд о личностной разнице ребят кэрроу заключается в том, что они на 70% полярны друг другу. они оба собственники, и у них обоих присутствует вероятность вспышек гнева и приглушенная совесть, но природа их реакций разная. амикус очень экспрессивен, агрессивен и безудержен, он на самом деле подвержен всем человеческим чувствам и прекрасно понимает, если ближнему плохо. просто ему нравится делать другим плохо, а алекто не понимает, чего люди грустят, если только это не касается примитивной физиологической боли или знакомой алекто скуки. алекто не способна понимать такие чувства и эмоции других людей как страх, любовь, преданность, сопереживание, забота, а вот амикус, думаю, способен.
алекто может причинять амикусу душевную боль и даже не замечать этого. а для физической боли она непробиваема (её этим не сломать), и невозможность "ответки" может выводить амикуса из себя.
хх. алекто помолвлена, а это еще один камень в огород амикуса, ибо я думаю, что амикус гораздо сильнее привязан к сестре, чем она к нему (по сути, брат ничего для алекто не значит, он даже не всегда удобен). может быть, поэтому он всё ещё не женат?.. или это алекто избавила его от всех невест, положив их на алтарь ревности? важно! я против того, чтобы амикус был сугубо по мальчикам. не сочтите меня гомофобом, просто для амикуса - нет. вот нет.
ххх. внешность смене не подлежит, с графикой помогу, хотя над малым кол-вом исходников я рыдаю кровавыми слезами. в принципе, всё вышеописанное - исключительно моё видение и поддаётся корректировке. обсуждать концепт будем дотошно, долго и упорно, если захотите что-то поменять, а так, братик, велком любить меня :з

пишу ≈ 10к, от третьего лица, с птицей-тройкой и маленькими буквами, использую песенки; могу ответить в течение пары дней, могу через месяц; экспериментирую (извращаюсь) с эпитетами и метафорами, одушевляю неодушевляемое, и всё у меня в основном gloomy, weird & creepy, с религиозными отсылочками и про смерть; воспринимаю любой формат и размер постов соигрока, лишь бы меня вдохновлял ваш слог.
может показаться, что я требовательная, но (это так) опция "пойти навстречу" у меня присутствует.
кроме меня на форуме присутствуют наши родственники: восхитительная атропа и превосходный абраксас. уже люблю каждого и жду  http://funkyimg.com/i/2vVcv.png

ПРИМЕР ИГРЫ

ей хочется кричать.

но она вслушивается в ночь, придумывая себе (зная), как амикус стоит за дверью, ожидая, когда она перестанет спиливать клыки, стискивая челюсти так сильно, что в следующую минуту хочется не крика, а слёз. у амикуса стучит сердце - алекто слышит. слышит вопреки заунывному эху совы в саду и мирному сонному шелесту смешанной листвы. под дверью то загорается, то блекнет облачко света - свеча ломается и выпрямляется смирно от каждого напряженного выдоха.
амикус всегда приходит, когда алекто не спит. чувствует. тоже знает. но алекто хмурится, прерывая неустойчивое натужное дыхание зазубным рыком, бросает на дверь взгляд исподлобья и бросается в неё подушкой.
сейчас алекто хочет, чтобы пришел не амикус.
но тот, кто нужен, никогда не придёт.

приходит только во сне и тут же уходит, как раньше. потому что алекто не снятся несбывшиеся образы, будущее, воображаемые случайности или мечтания. её грёзы - это воспоминания. а в воспоминаниях фрэнк всегда её покидает.

алетко хочется кричать громче.

чтобы лопались невзрачные витражи особняка и кровью развязывался слух. чтобы видеть и слышать что-то другое.

словно если бы у алекто была в груди боль, она бы злокачественной опухолью разрослась на месте сердца и отравила внутри всё: лёгкие (кричать больше невозможно, мне бы дышать, выплёвывая кровавые зародыши вдохов), желудок (хочется давиться сухой горечью гнили, слезшей со стенок больного агонизирующего желудка), матку (вот, посмотри, у меня больше никого не осталось и не останется после меня, только пустая внутри скорлупка). когда алекто прикладывает руку к низу живота, там ничего не дрожит. к желудку - ничего не трепещет, к солнечному сплетению - не бьётся. (стучит только в висках и тут же проходит, как знакомые шаги за стенкой).
она растягивает взор до потолка (вдруг оттуда?), раскрывая шире веки, и чувствует, что на ладонь что-то капает прямо с глаз, и если бы она могла это вернуть назад, за видящий, но не замечающий, взор, она бы всё отдала. но фрэнк ушел, оставив только это и ничего больше.

суке гринграсс он оставил больше. оставил всего себя.

алекто разглядывает глянцевые ладони и заламывает пальцы, пытаясь стереть с лица предвкушение утра; она растирает щеки так сильно, будто друг - не тогда, а сейчас - отвесил ей пощечину.
у алекто глаза - карие щиты; прячут нутро (а есть ли что прятать?), не пропускают чужое любопытство, поглощают дневной, слишком яркий, свет, ловят стрелы пренебрежения и не трескаются. алекто смывает с глаз всю непобедимость, и ей кажется, что всё наконец пошло трещинами. вот они - под ногами рыхлой композицией древесины, во сне (нет, в кошмаре) колкими пиками звёзд, за дверью - всепоглощающим пламенем. даже где-то у неё внутри они обязательно есть.
как у всех.
алекто пытается придумать, что под ребрами что-то зажило своей жизнью и смердит, протягивает щупальца между костей паучьей сеткой и жалит, и жалит, и жалит. другие бы взаправду заплакали, а алекто смеётся от радости (ну наконец-то, хоть что-то). как тот, кто жаждет следующего удара и без него не может. алекто бы с благоговением подставила другую щеку.

фрэнк, мне хочется смеяться - вот что ты со мной сделал.

он её оставил, как дворнягу, за порогом. не впустил, а бросил скулить в темноте (и зализывать колотые раны, просовывая длинный острый язык за рваные границы плоти, где в сердцевине поселились черви; алекто хочет подарить фрэнку всё, даже их, чтобы помнил, каково это - пожирать себя заживо), вглядываясь в блеклые хозяйские очертания по ту сторону мутного от домашнего тепла окна. высматривая, кем её заменят. алекто узнаёт, запоминает и ищет в следующий раз в толпе, идёт по протоптанным тропам, запоминает запах (чихает и кашляет тошнотворно, прикрывая рот от того, какой он приторно-сладкий; фрэнки, т а к о й тебе не подходит). алекто готова бросаться на спину, рвать волосы, оставляя на девичьем лбу терновые вмятины, поворачивать коготь прямо в белоснежной груди алисы

по часовой стрелке, чтобы перемотать к тому моменту, как фрэнк будет убит горем, и алекто заботливо окажется подле него, утешит, подставит округлое плечо, проведет цепкими пальцами по жестким завиткам его волос, по колючей щеке, опустив его голову на мягкий бархат коленей. траур впитает любые слёзы, пока алекто вновь станет в блаженном экстазе улыбаться моменту.
он ничего не узнает и ему не придется её прощать.
(но фрэнк узнает и не простит, поэтому алиса всё еще жива).

против часовой стрелки - чтобы вырезать алису из материнского чрева, как алекто вырежет её дитя уродливой мерзкой гематомой с воистину незабываемым упоением; чтобы никогда не встречать алису, чтобы похоронить её в том школьном коридоре из стылого камня, что подобен непроходимому сырому лабиринту, где теряется не только горячее небесное сияние и холод дрожащей земли, а люди, воспоминания и прошлое. теряются даже чудовища.
иногда алекто хочет перестать быть чудовищем, но тогда фрэнк её не узнáет.
но и не покинет.
даже во сне.

алекто хочется кричать. но если не от обиды, то от

я бы всё отдала, что увидеть тебя таким, как в первый раз; чтобы ты увидел меня беззубой, безвредной, без когтей, брони и тьмы за спиной, без пустоты внутри (когда я ещё о ней не знала);
р аз ты меня забыл, я напомню о себе, разорвав весь твой долбанный мир в клочья, закопаю твою алису в перине павшей листвы у самого вашего порога, где остались диагональные полосы моих когтей (моя решетка), где я скреблась, разглядывая ваши силуэты, танцующие в теплом и светлом облаке каминного огня. (пламя вашего поцелуя). я сравняю ваши жизни с землёй. я лягу рядом с тобой, мой дорогой фрэнки.
о том, что будет, алекто предпочитает не думать, она всегда знает, что всё будет именно так, как она хочет. не сейчас, но обязательно потом. она готова ждать и пока - пропускать по своей коже разряды, ломать иголки, терять зубы, сдирать с себя шкуру, бросать свои кости на жернова и рубить столько разменных сердец до последней щепки, сколько потребуется.
с ардонический гнев обволакивает весь её разум, заполняет до пят, выплёскивается из краёв глаз и рук; у неё выпадают волосы и падают стены вокруг, она дрожит, роняя туфли и разрывая в нетерпении тюль платья (у самого подола, он не заметит), пробуя губы на вкус - срезая живьём бледность и демонстрируя воспалённый терракот, каким обит его дом. если приглядеться, можно заметить красноту у самых сгибов лукавых глаз, но она скажет, что не спала.
т ы мог бы навестить меня, но ты даже не интересовался, что со мной. тебе всё равно, что случилось. всё равно, что ты выбросил меня из своей жизни (как выбрасывают из памяти тяжелую болезнь).
и из-за этого я думаю о тебе?! из-за того, что ты не мой?

но будешь.

алекто молчит.

с самого утра алекто не подаёт ни звука, не произносит ни слова, даже не дрогнет губами - бережет голос, экономит прокаженный воздух, прислушивается, оживёт ли что-нибудь внутри. хотя мертвецы никогда не подымались из могил. (ты выпотрошил меня и даже не навестил; поставил безликий обелиск, но не подписал даже имя, словно не обозначил дорогу - забыл). хотя алекто, вот она - стоит на своих ногах, дышащая и живая. живая, как полый голем, бесхозный, покинутый, бесконечно шествующий в единственное место, которое он помнит.
но у алекто всё так же есть оголенное жало. она думает, что после ребенка и его матери можно избавиться и от фрэнка. что-то заламывает под лопаткой, но алекто не обращает внимания. она уверена, что это всё еще рабочий вариант.
(пока не увидит его и не пересчитает все оставшиеся на нём зарубки; их будет недостаточно).

красный всегда смотрелся на алекто вызывающе, излишне агрессивно, предупреждающе. но сегодня ей показалось, что это идеальный цвет, чтобы выразить то, как много крови она потеряла, пройдя всё это расстояние от своего дома к чужому (алекто мученически опускает голову, представляя, как в её сторону летят камни, пока она оставляет жидкий алый след). хотя она бывала здесь так часто, под разными именами, с разной внешностью, в разное время, что это место стало таким знакомым, что она сможет по памяти описать каждый камешек, каждую чешуйку кровельной черепицы. этот дом. это лицо. эту раскрытую дверь. алекто цепляется взором за сколы и щербины (не на его лице) снизу двери, скрытые цинково-белой краской, облупленной легонько от частых дождей; потом только поднимает глаза и обращает взор к открывшему. перебирая каждый позвонок под мантией (тонкая шерсть, шелковая нить вышивки, бархат и кружево; сейчас такое даже в магически кругах назовут устарелым, алекто зовёт винтажем и наслаждается контрастом со смелым современным платьем), к пояснице спадает дрожь. прохладно, должно быть.
- здравствуй, фрэнк.
у алекто выходит обворожительная улыбка, лучшая, на какую она только способна, однако в груди стынет выдох, голос теряется где-то между миндалин и прячется под язык. выходит слишком тихо, и алекто кажется, что фрэнк её не услышал, что всю её речь забрала последождевая капе́ль (листья боярышника у крыльца трепещут, будто крылья, проржавевшие от стекающих по ним слёз). сначала алекто боится, что он заметит её через плитку тонкого входного стекла и не откроет, потом - что демонстративно захлопнет дверь перед носом, а теперь она хочет вообще сюда не приходить.
но, как и всегда, возвращается, словно привязанный к одному месту призрак.
- что ты стоишь как вкопанный, словно не рад меня видеть.
алекто пробует изобразить усмешку. будто она не понимает, почему фрэнк не спешит. будто ничего не произошло за столько лет. будто никто не вырос, и стоит только протянуть друг другу руки, чтобы как впервые почувствовать, что они (не) знакомы, и впереди ещё слишком много дней, что надо успеть прожить. (по крайней мере, у алекто).
- впусти меня.
алекто вдавливает каблук ровно посередине порога, становясь ближе к лонгботтому, вздергивает подбородок, смягчает тон голоса. он уже не требующий непререкаемого, а ласкающий. этот голос не сможет укрыться от фрэнка, даже если горизонт взорвётся оглушающими истомлёнными криками и апокалиптической канонадой, что унесёт жизни всех ныне живущих. всех, кроме двоих, стоящих у этого порога. если бы так и было, захотел бы фрэнк остаться лишь с алекто? она уверена, что захотел бы.
- можешь поцеловать меня вместо приветствия, - рука, сбрасывая край мантии, опускается на раму дверного проёма, невысоко, но достаточно, чтобы помешать фрэнку захлопнуть дверь. - я знаю, что алисы нет дома.

если тебе хочется, фрэнки, ты можешь закричать.

0


Вы здесь » Live Your Life » -Магический мир Роулинг » marauders. crimson beginning


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC